Четыре

Аникий разломил ей картофелину и протянул половину. Вторую – матери.

– Вот – еще грибочки чудные.

– Да мы не кушать пришли, – сообщила Маргарита.

– Я знаю, – ответил Аникий. – Только не ко мне надо было. К врачам. Они успеют, если всё вовремя сделать.

Женщина отложила на скатерть-тряпицу картошку и посмотрела на Иоанникия с вызовом.

– Да те врачи мне всю кровь выпили! А подруга сказала к вам идти. Вы ее дочь от немоты вылечили.

Аникий печально вздохнул:

– Я никого не лечу, не исцеляю. Это только Спаситель может.

А девочка та не немая была. Просто говорить не хотела. Как увидела, что на Земле зло, так и решила, что говорить не стоит. Я ее просто убедил, что есть еще с кем, кроме Бога, здесь разговаривать. Она сначала со мной помолилась, а потом и с другими говорить стала. Вот и всё.

Маргарита смотрела на монаха недоверчиво.

– Так всё и было, – снова подтвердил Ваня.

– Стало быть, ничем не поможете? А мне сказали… – Маргарита сошла с лица.

– Вот она потому и не говорила… Но я вам помогу, – вернул женщине надежду Аникий.

 – Поедете в нейроцентр, там есть хирург – Георгий Иванович. Надо успеть, пока он не в запое…

– Что? – встрепенулась Маргарита. Даже Ксюша вздрогнула, подавилась картошкой, Ване пришлось похлопать ее по спине и дать морсу. – Он что, алкоголик?

– Да, пьяница. Но это не самый страшный грех. Зато врач от Бога. Он всё сделает правильно. – Иоанникий говорил медленно и, казалось, убедительно. Но недоверие не уходило из глаз Маргариты.

– Я думала, вы тут помолитесь…

– Я помолюсь. Обязательно помолюсь! – уже причитал отшельник. – Но каждый свое дело должен делать, я помолюсь, а Георгий операцию сделает. Удалять надо опухоль, пока не поздно!

У Маргариты окончательно опустились, стекли вдоль тела на землю руки. Аникий посмотрел мимо нее в небо.

– Что ж вы все за чудесами, как в магазин или собес, ходите? – тихо и горько сказал он. – И я грешный раб Божий, а не экстрасенс, не шаман, не доктор даже.

Я вообще никто. Поедете к Георгию? – Он почти взмолился.

– А куда деваться? – приняла неотвратимое Маргарита. – Выходит, зря мы столько сюда отмахали?..

– Восемьдесят три километра триста шестьдесят семь метров… – задумчиво заметил Ани-кий, отчего подавился уже Ваня, с удивлением глядя на своего друга.

– Откуда такая точность? – вдруг улыбнулась Маргарита.

– Не знаю. Я математику в школе не любил. Думал, что зря ее учу, – подмигнул ей отшельник.