Четыре

В сущности, о чем я? О том, что вышел из монастыря, где молился об ушедших в пандемию старшей сестре и друзьях, чтобы покурить. Грешен. Курю. Некоторые даже якобы верующие друзья надо мной посмеиваются, что в памятные дни я иду в храм или монастырь, чтобы заказать молебны и поставить свечи за усопших. Они не считают это нужным. Как мне им объяснить, что таким образом я отправляю им часть любви, которой не смог дать здесь. Не успел. И я верю, что она доходит до адресатов. Потому я стоял под октябрьским проливным дождем с опущенной на подбородок маской с сигаретой во рту.

Вероятно – мокрый и смешной. Дождь же давно превратился из дарителя влаги в созидателя промозглой сырости. Зонт мой едва сдерживал этот унылый небесный душ, а по тротуару вдоль монастырских стен текли серые, как жизнь, ручьи.

Через дорогу от обители в элитном доме располагался спа-салон. Такова селява, как говорят французы. Но под козырьком его также одиноко стояла женщина с сигаретой. Стояла она лицом к витрине, но мне показалась знакомой.

И только когда она бросала окурок в урну, я понял, что не ошибся, и несмело позвал:

– Аглая?..

Она оглянулась, остановилась, улыбнулась.

– Хотите горячего кофе? – крикнула через дорогу.

– Хочу.

– Ну так идите сюда.

В салоне было сухо, тепло, уютно и элитно. Еще добавил бы – мраморно. Девушка-администратор окинула меня этаким недоверчивым взглядом, но на просьбу Аглаи «Верочка, принесите нам кофе» метнулась к кофемашине.

Аглая сама ответила на мой немой вопрос:

– Это мой салон.

А живу я этом же доме.

– Круто, – оценил я.

– Ничего хорошего. Хотя бы на работу надо ходить пешком, – улыбнулась Аглая.

– Хозяйке не обязательно ходить на работу, – заметил я.

– Если только работа не доставляет ей самой удовольствие, – парировала она с улыбкой. – А вы ходили в монастырь?

– Да. Сегодня день смерти моей старшей сестры.

– Сочувствую. Я тоже туда хожу. Хорошо там.

– Хорошо…

Кофе – хоть и из кофемашины – был ароматен, а главное – горячий.

– Вы промокли… Простудитесь.

А тут еще этот вирус. Хотите в сауну? потом массаж?

Я жутко растерялся от такого неожиданного предложения. Только что стоял перед ликами Спасителя, Богородицы, а тут – массаж… Но Аглая будто прочитала мои мысли:

– В этом нет ничего такого. В конце концов, вы же не знаете, в каком виде вы предстанете перед Богом, или полагаете, вас не видно в определенные моменты, когда вам этого не хочется?

Логика была железная, и я даже засмеялся.