Записки научного работника

И тут совершенно неожиданно (во всяком случае, для меня), вместо какого-нибудь дежурного приветственного обращения к такому важному гостю, Баталин сказал:

– Вот, Марк Семёнович, наш новый сотрудник Аркадий Самуилович, и мы вместе с ним сделаем катализатор, который будет намного лучше вашего.

Мне стало немножко не по себе: в университете я не привык, чтобы так обращались к профессорам. Но Немцов за словом в карман не полез, и я до сих пор помню его ответ:

– Олег Ефимович, катализатор на основе кислых фосфатов кальция работать не будет.

Максимум, что вы получите, – диссертацию для этого мальчика, – кивнул он в мою сторону. – Больше ничего. Поверьте мне.

Мне опять стало не по себе. Конечно, я очень хотел защитить кандидатскую диссертацию. Кроме почета, был и материальный стимул сделать это – зарплата увеличилась бы более чем на треть. Но уж больно презрительными были голос и взгляд маститого профессора, поэтому мысли о защите диссертации быстро отошли на задний план.

Кстати, о стиле разговора Немцова и Баталина: оба были невоздержанны на язык и могли в разговоре хамить друг другу без всяких ограничений.

Потом я к этому привык.

Забегая вперед, хочу сказать, что правы оказались мы с Баталиным, создавшие кислый фосфатный катализатор, а Немцов ошибался. Почему? Он был, несомненно, одареннейшим человеком, имя которого должно быть вписано аршинными буквами в историю химии XX столетия. Ведь Марк Семёнович входил в число создателей двух сложнейших нефтехимических процессов – получения изопренового каучука, а также фенола и ацетона.

Однажды я забавы ради прикинул, на какую сумму выпущено продукции по технологиям, разработанным Марком Семёновичем, за все время их эксплуатации. Можете себе представить, дорогой читатель, – больше чем на пятьсот миллиардов долларов!

Я не сомневаюсь, что, если бы Марк Семёнович или Римма Владимировна прочитали ту же литературу о фосфатах кальция, что и я, они по-другому отнеслись бы к предложенному нами с Баталиным способу использования кислых фосфатных катализаторов.

Но история не терпит сослагательного наклонения, а выражение «Наверное, мог, но не сделал» не служит оправданием.

Я хочу еще раз подчеркнуть, что эта недоработка Немцова и Качаловой отчасти была вызвана отношением к чтению литературы, царившему в научных кругах Советского Союза того времени. Помню, месяца через четыре после поступления на работу я делал лабораторный семинар по кальций-фосфатным катализаторам.