Подглядывая в окна

Я, конечно, понимаю, что это всё похоже на простую паранойю, но ты подумай только! Может, что-то не очень хорошее происходит? Может, какой-то заговор? Вдруг, нас кто-то травит?

– Ну, у нас же смог недавно был.

– Согласна, – опустила она голову вниз и потупилась в пол. – Но подумай только! девушка слегка прервала саму себя, затем взяла меня за руку. Вдруг, нам всем осталось совсем немного? Прежде, чем продолжить мысль, она села на парапет. Что за чертовка! Оборвала мысль столь же внезапно, как её и начала.

Затем она достала из сумочки пакетик с табаком и бумагу.

– Только представь! – начала она, параллельно готовя себе сигарету. – Представь, что параноидальные мысли о заговоре или массовом отравлении превратятся в правду?

Я смотрел на неё очень сосредоточенно. Мне было непостижимо, всерьёз она или ради веселья. Но я слушал это. Считал откровенным бредом, но слушал максимально внимательно. Наверное, если бы я так внимательно слушал преподавателей в университете, сейчас был бы миллионером.

Слова слетали с её губ, а руки засыпали табак и скручивали бумагу. Она говорила следующее:

– Мы ведь не можем узнать, что нас массово отравили, если нам это не скажут! Как нам это узнать?

– Не всё ли равно? – я, наконец, вступил в диалог. – Умрём все вместе. Чего переживать? Не так обидно.

– Нет! Обидно. Как раз, безумно обидно! – она прервалась немного, чтобы раскурить самокрутку, а я пока присел рядом с ней на парапете. Ведь ты, я и все остальные люди, живут обычной жизнью.

– А что нужно делать? Я не знаю. Меня никогда не травили. Как должен жить человек, чьи дни сочтены?

– Не знаю. Но я бы точно не стала заниматься ежедневными делами. Например, точно бы не морочилась над тем, чтобы мыть посуду или выглаживать платья. Если мы обречены, я бы хотела, чтобы люди об этом знали.

– Что бы это поменяло? Ты же, всё равно, умрёшь уже очень скоро? Если так на это смотреть.

– Да. Но наглаженное платье на мне точно не сделало бы меня счастливее перед смертью.

– А что сделало бы? – я никак не мог понять её логику.

– Не знаю, если честно. Но как-то глупо было бы умереть, принося комуто кофе, который другой человек, всё равно, не успеет выпить, так как тоже умрёт.

Тут с ней было сложно спорить.