Дом

Прошло часа два, прежде чем он выбрался из леса на проезжую полосу. Солнце уже начало припекать, и теперь, когда его больше не защищали своды деревьев, Костя почувствовал, как быстро спина покрылась бисером пота и еще больше отяжелел портфель. Вдруг позади заскрипели шины замедляющегося автомобиля, и Костя с трудом преодолел нерациональное желание метнуться зайцем в кусты, спрятаться.

– Браток, подвезти? – спросил шофер в солдатской форме, приоткрыв дверь кабины газика.

Костя замешкался, не уверенный, какой ответ покажется менее подозрительным.

– Спасибо… не надо, я сам дойду.

– Да брось, – возразил солдат, – ты ж, поди, на станцию шагаешь?

– Да-а…

– Ну еще пару часов тебе шагать. Садись, с ветерком за десять минут довезу.

Костя влез на пассажирское сиденье, и машина рванула с места и впрямь с ветерком, как было обещано: портфель слетел с колен Кости и с громким стуком упал под ноги.

– Ого, ты чего, консервными банками запасся? – удивился шофер.

– Ну, – неопределенно промычал Костя.

– Ты откуда идешь?

Костя назвал деревушку, которая находилась по соседству с их поселением.

– Ты че, деревенский? – удивился шофер.

– Да нет, тетку навещал, – ответил Костя.

По счастью, парень, похоже, не имел обыкновения подолгу задерживаться на одной мысли.

– Слушай, а правда, что тут неподалеку, в монастыре, какой-то секретный объект строят?

– Люди говорят… А кто ж знает, что там в самом деле?

– Знаешь, что наши в части шепчут? Только ты не болтай, а то мне секир башка будет.

– Что? – с тревогой спросил Костя.

– Будто строят лагерь для немецких военнопленных генералов, будут их держать в строгой секретности, но в нормальных условиях. Я вот думаю, может, даже Гитлера сюда приволокут, падлу?

– Навряд ли, – усомнился Костя. – Да и Гитлер же застрелился.

– И ты в это веришь? – усмехнулся шофер. – Труп его никто не видал! Где же вещдок?

– Ну, может, насчет лагеря ты прав, – уступил Костя. – Но Гитлер – это ты загнул…

Но шофер уже потерял интерес и к этому разговору и стал рассказывать, как он успел повоевать пару лет и как служит теперь сверхсрочником водилой, а когда демобилизуется, поедет домой, в Куйбышев…

– Я же здешний, можно сказать, – поделился он.

– Как же здешний? Ты же сказал, Куйбышев?

– Все мы, волжские, – земели, – пояснил солдат.

Дорога влилась в более широкую, и показалась автобусная станция.

– Ну бывай, – он открыл дверь газика, выпуская Костю.