Я не люблю…

Я этот небесный квадрат не покину —

Мне цифры сейчас не важны:

Сегодня мой друг защищает мне спину,

А значит – и шансы равны.

Мне в хвост вышел «мессер», но вот задымил он,

Надсадно завыли винты, —

Им даже не надо крестов на могилы —

Сойдут и на крыльях кресты!

Я – «Первый», я – «Первый», – они под тобою!

Я вышел им наперерез!

Сбей пламя, уйди в облака – я прикрою!

В бою не бывает чудес.

Сергей, ты горишь! Уповай, человече,

Теперь на надежность строп!

Нет, поздно – и мне вышел «мессер» навстречу, —

Прощай, я приму его в лоб!.

Я знаю – другие сведут с ними счеты, —

Но, по облакам скользя,

Взлетят наши души, как два самолета, —

Ведь им друг без друга нельзя.

Архангел нам скажет: «В раю будет туго!»

Но только ворота – щелк, —

Мы Бога попросим: «Впишите нас с другом

В какой-нибудь ангельский полк!»

И я попрошу Бога, Духа и Сына, —

Чтоб выполнил волю мою:

Пусть вечно мой друг защищает мне спину,

Как в этом последнем бою!

Мы крылья и стрелы попросим у Бога, —

Ведь нужен им ангел-ас, —

А если у них истребителей много —

Пусть пишут в хранители нас!

Хранить – это дело почетное тоже, —

Удачу нести на крыле

Таким, как при жизни мы были с Сережей

И в воздухе и на земле.

2. Песня самолета-истребителя

Ю. Любимову

Я – «Як», истребитель, – мотор мой звенит,

Небо – моя обитель, —

А тот, который во мне сидит,

Считает, что – он истребитель.

В этом бою мною «юнкерс» сбит —

Я сделал с ним, что хотел, —

А тот, который во мне сидит,

Изрядно мне надоел!

Я в прошлом бою навылет прошит,

Меня механик заштопал, —

А тот, который во мне сидит,

Опять заставляет – в штопор!

Из бомбардировщика бомба несет

Смерть аэродрому, —

А кажется – стабилизатор поет:

«Мир вашему дому!»

Вот сзади заходит ко мне «мессершмитт», —

Уйду – я устал от ран!.

Но тот, который во мне сидит,

Я вижу, решил – на таран!

Что делает он?! Вот сейчас будет взрыв!.

Но мне не гореть на песке, —

Запреты и скорости все перекрыв,

Я выхожу из пике!

Я – главный, а сзади… Ну чтоб я сгорел! —

Где же он, мой ведомый?

Вот он задымился, кивнул – и запел:

«Мир вашему дому!»

И тот, который в моем черепке,

Остался один – и влип, —

Меня в заблужденье он ввел – и в пике

Прямо из мертвой петли.

Он рвет на себя – и нагрузки вдвойне, —

Эх, тоже мне – летчик-ас!..