Вестсайдская история

Вспышка страха прошла, как только Мария услышала свое имя, а ее ответный вздох облегчения оказался достаточно громким, чтобы Бернардо понял – она его узнала.

– Что это ты сидишь одна на крыше? – спросил Бернардо сестру.

– Разве нельзя? – отозвалась она.

– Это небезопасно, – ответил он. – Даже если бы ты сидела здесь с Анитой.

– Почему нельзя? – настойчиво повторила Мария. – Разве Анита не твоя девушка?

– Я так считаю.

Прислонившись к парапету, Бернардо зажег сигарету, бросил спичку на улицу и проследил, как та падает.

– Сидеть одной на крыше небезопасно. В этом районе слишком много бездельников. Если тебя увидит здесь кто-нибудь из «Ракет», никто не знает, что может случиться.

Несмотря на теплый вечер, Мария задрожала.

– Неужели они могут сделать… это?

– Даже не задумавшись. – Бернардо глубоко затянулся сигаретой. – Кто-то из них сегодня вечером бросил вонючую бомбу в магазин Гуэрры. Если я его поймаю – руки оторву.

– Ты знаешь парня, который это сделал?

– Какая разница? Он из «Ракет».

– Но почему должно быть именно так? – спросила Мария. – Почему они вредят нам?

– Они говорят, что это мы вредим им тем, что приехали сюда. Знаешь, что я собираюсь сделать?

– Что?

– Завтра я пойду на Таймс-сквер с ребятами – Пепе, Смутьяном, Торо и Лосем. Мы отправимся в один из их сувенирных магазинов.

– Чтобы ограбить? – испугалась Мария.

Бернардо погладил сестру по щеке.

– Конечно нет. Чтобы купить несколько железных статуэток статуи Свободы. Они бывают вот такой высоты. – Он развел руками примерно на двенадцать дюймов. – Как раз подходящий размер, чтобы бить «Ракет» по голове. Знаешь, что написано на статуе Свободы?

– Нет, – ответила она. – И что же?

– Что-то о всех бедных, которые приезжают сюда в поисках лучшей жизни. Может, это и правда, – продолжал Бернардо, – но «Ракеты» так не считают. Поэтому мы должны вбить это в их тупые головы.

Мария встала перед братом. С широко раскрытыми глазами и так сильно колотящимся сердцем, что это пугало, она медленно покачала головой, поправляя узел галстука, который у Бернардо сбился набок. Ее брат прекрасно выглядел, но губы у него слишком тонкие, а глаза – как у попавшего в ловушку животного, которое ей однажды довелось видеть: полны страха, но вместе с тем непреклонной ненависти.