Заводные люди

В девяностые этот рынок долго и ожесточённо делили несколько ОПГ, пополнив московские и подмосковные кладбища парой десятков гранитных надгробий с высеченными на них чёткими пацанами в кожаных куртках поверх спортивных костюмов.

Спустя много лет хозяин у рынка был уже один, а уровень сервиса и косметический евроремонт сделали рынок торговой точкой двадцать первого века. В будни днём посетителей было не особо много, толпа бывала только в выходные.

В их бизнесе для делового человека это было самое удобное время поговорить о делах, не уходя далеко от своей торговой точки.

Разговор шел тяжёлый, и лица предпринимателей были хмурыми и неуютными – как у людей на выходе из аэропорта, которые прилетели в феврале в Норильск сразу после двухмесячного отдыха на тропическом острове.

Высокий дородный Степан рубил ладонями воздух перед собой, глядя сверху вниз на худощавого Марка:

– Ты сказал, это нормальные люди! Я послушал тебя и тоже взял у них в долг.

– И тебе и мне на тот момент или деньги быстрые были нужны, или вообще закрываться. Не гони, Стёпа. Выхода не было. Сейчас другая ситуация и надо из неё свой выход искать. Договоримся или в полицию пойдём. Я пока их избегаю: ищу человека, чтобы вопрос решить, – спокойно отвечал Марк, разводя руками.

Степан тяжело вздохнул и с ехидцей спросил:

– Марк, ты в себе? Ты бы видел, кто ко мне от них приходил, от людей этих. Душегубы. И с ними был человек с удостоверением подполковника.

– Это Россия. – Марк почесал затылок. – На каждую хитрую задницу свой винт с резьбой найдётся.

Степан сплюнул на землю и кивнул за спину, на Борю.

– Ты оптимист. Я себе охранника нанял. И тебе рекомендую.

– Не ссы. А если ссышь – езжай в Англию как Чичваркин.

– Он потому и свалил, что наезд отбить не смог. А мы с тобой – далеко не Чичваркины. Сожрут с дерьмом, – мрачно выплюнул слова сквозь зубы Степан.

Марк протянул Степану руку.

– Или подавятся. Поживём – увидим. Бывай, Стёп. Береги себя.

Они пожали друг другу руки и разошлись. Уходя, Марк кинул взгляд через плечо и почувствовал неожиданный укол страха в сердце.