Катарсис. Поколение, обрезанное цензурой. Остаться человеком!

Из фотолаборатории уже доставили снимки: залитые кровью тела Головановых лежали в разных местах. Сквозные отверстия в черепах указывали на работу киллеров.

– Узнаёшь?

Дима впал в ступор. Его сознание отказывалось принять тот факт, что пышущий здоровьем, веселый, жизнерадостный мужичок и этот обезображенный труп есть не кто иной, как Григорий Михайлович Голованов.

– Вижу, что узнал. Когда ты последний раз встречался с ним?

– Да не помню точно… – Дима не мог поверить в произошедшее. – В прошлом месяце. Когда вам машину возвращал.

– О чем говорили?

– Он обещал помочь с оплатой услуг ревизора, дал компромат на турок. Да я же вам все показывал. И еще он говорил, что встречался с губернатором, а тот угрожал ему.

– Хорошо всевспомни. Может, что-то связанное с этим убийством уже проявлялось?

Лицо Димы прояснилось.

– Помните чеченцев, которые меня похитили?

– И что?

– Я вам об этом не рассказывал. Но они и с ним встречались.

– Когда, где? – вопросысыпались, как из рога изобилия.

– Он вроде не говорил, где. А когда… Да приблизительно в то же время, что и со мной.

Некоторое время они сидели молча. Горманов обдумывал услышанное.

– В общем, так, – устало заговорил он, – ты не хуже меня знаешь, кто за этим стоит. Сегодня буду беседовать с губернатором, но мы даже допросить его не сможем. Он ставленник президента, однако от беседы ему не отвертеться. Шум поднимется на всю страну, а неофициально подозреваемый – только он. Официально – вообще никого.

Дмитрий собрался было возразить.

– Не перебивай! Вряд ли это что-то изменит, но уберечь тебя попытаюсь. Дам понять, что если и с тобой что-то случится, сразу станет ясно, откуда ветер дует.

– Спасибо! Если я следующий, то не думаю, что они пришибут меня сразу.

– Дело в другом. Ты по-любому можешь оказаться следующим. Даже если на тебя и нет заказа. Понимаешь, о чем говорю?

– Не совсем.

– Смотри, что получается. Ведь ты практически живой свидетель. Единственный, кто видел лица возможных киллеров.

– Да, рассмотрел я их прекрасно. Даже фоторобот могу составить.

– Дима, не надо никакого фоторобота! Тебе в этом деле вообще нельзя светиться. Если, конечно, жить хочешь. Не дай бог кто-то узнает, о чем ты мне сегодня сообщил. Тебе тогда точно конец. Они тебя достанут, даже если заказане поступит. Ясно тебе это?

– Да, конечно.

– И даже я ничем не смогу тебе помочь.

– Казбекыч, ну, может, дадим ментам хотя бы наводку: чеченцы, приезжие, трое.