Катарсис. Поколение, обрезанное цензурой. Остаться человеком!

 – Может, снисхождение какое выйдет?»

Проблема состояла в том, что он не понимал, в чем должен признаваться, чтобы избежать обмена. Из тяжелых раздумий его вывел голос Димы:

– Что делает любой уважающий себя арестант после того, как откинется?

– Не знаю. Я не сидел, – недовольно буркнул Барбич.

– Деревня! В загул уходит! Мы с тобой побывали в плену РОВД, пережили муки неволи. Теперь имеем право. Держим курс в «Утенка»!

Когда Дима с Федором входили в кафе «Утенок», намереваясь загудеть по случаю освобождения, губернатор Северо-Казахстанской области в своем кабинете в пух и прах разносил подчиненных, в том числе и начальника КГБ вверенной ему области полковника Мусенко за поднятую в области шумиху.

– Что это вообще за фрукт?! – орал Генрих Андерсович Гиберт на своего зама. – Ты хоть понимаешь, что двадцатилетний пацан до такого бы не додумался? Может, это Черняев свою игру ведет? У него ведь и сходка эта планировалась.

– Нет, – пытался парировать тот. – Судя по всему, все исходит от Зеленченко.

– Тогда все ясно, – сказал губернатор, немного успокаиваясь. – Да и не из того теста Черняев, чтобы нам зубы показывать. Ему только перед бабами чешуей блистать. Сейчас позвоню Зеленченко. Может, он уже и от президента благословение получил мочить нас?

Секретарша соединила губернатора с Зеленченко.

– Алло, здравствуй, Василий! Гиберт потревожил. Да, спасибо, здоровье в порядке. Степаныч, мы ведь с тобой давно дружим, поэтому давай напрямик. Да-да в связи с этим вашим собранием в Байсале…

Закончив разговор, глава области подытожил:

– Зеленченко здесь не при чем, похоже, кто-то другой. Или и правда этот щенок самодеятельностью занимается? Кто он вообще такой?

– Да обычный выскочка! В прошлом году при приватизации овощной базы он нам немало хлопот доставил. Кстати, по поручению того же Зеленченко, – устало вздохнув, ответил Гадлиев.

– Да, точно! А я думаю, откуда мне его имя знакомо…

– Смотрите, – Гадлиев нервно сглотнул. – Вот что указывается в служебной записке, которую нам предоставил присутствующий здесь товарищ полковник. Этому Дмитрию недавно исполнилось двадцать три года. Последние полтора года работает у Черняева юристом. Бомбит хозяйства по их долгам. Сколько техники в счет долга позабирали, сами уже счет потеряли.