Вся жизнь – игра! Актёрские байки и истории

В тридцатые годы, задолго до войны, ее пригласили выступить на приеме в Кремле. После пения подозвали к столу, где восседали члены Политбюро.

– Садитесь, – говорят, – угощайтесь.

– Я-то сыта, – отвечала Русланова, – вы вот родственников моих накормите в Саратове. Голодают.

– Рэ-чистая… – произнес Сталин.

С тех пор ее в Кремль никогда не приглашали.

Хобби

Приятель и сосед Руслановой по Лаврушинскому писатель Лев Никулин иногда обращался к ней с шутливой фразой:

– Раздай все мне и иди в монастырь.

Моя мама вспоминала, что старинный рояль, стоявший среди прочей роскошной обстановки, не мог издать ни единого звука, ибо под его крышкой лежали пачки денег.

В гости к Руслановой пришел эстрадный актер и знаменитый коллекционер Н. П. Смирнов-Сокольский. Певица продемонстрировала ему только что купленный ею антикварный письменный стол чуть ли не из дворцового имущества.

– Видал, Колька, какой я себе стол отхватила?

– Да, – сказал Сокольский, – стол хорош… Только что ты на нем будешь писать? «Зы кан-цер пы-лу-чи-ла»?

На даче

И еще одно мое детское воспоминание…

Трехэтажный кирпичный дом с портиком и колоннами… И это все еще не оштукатурено, идет стройка… Это Баковка, под Москвою, строят здесь дачу для Руслановой и генерала Крюкова.

А мы с братом Борисом смотрим на двоих рабочих, которые несут носилки с кирпичами. У них мирный и покорный вид, а мы глядим на них с любопытством и ужасом.

Евреи, евреи…

Настоящая фамилия Михаила Задорнова – Райтер…

Ну—ну, расслабьтесь, господа сионисты и, наоборот, антисемиты: это всего лишь шутка, имеющая, однако, реальную жизненную почву.

Однажды на съемках одной ТВ—передачи о книгах, которая осуществлялась почему—то в ресторане, к Задорнову подошла хозяйка этого заведения, крутая дама лет сорока – шестидесяти, улыбнулась, сверкая всем золотом своих зубов, и попросила автограф.

– А что тут написано? – спросила крутая дама, желая хоть ненадолго продлить знакомство с кумиром своих телегрез.

– А—а, тут по—английски, – рассеянно глядя по сторонам, сказал Михаил.

– А что по—английски? – кокетливо брякнула золотой (опять же) цепью дама.

– Ну… Задорнов, райтер…

Дама оцепенела.