Индия, брат!

Надо сказать, что культура производства горных работ на Катрасе производила неизгладимое впечатление на любого, кто приезжал сюда в первый раз. То, что представлялось перед глазами, в России называлось свиноройством. По причине того, что какими-либо понятиями о правилах горной выработки: высоте уступов, отбортовке, выдержке углов, негабаритам и прочем – на Катрасе даже и не пахло. Копали, кто куда и как пойдет. Но тут, как говорится, в каждой избушке свои колотушки. А посему, раз уж Индия – явно не Россия, то, значит, и не наше дело.

Хотя косвенно весь этот бардак сказывался на работе техники, за надежность работы которой мы несли прямую ответственность – как известно, на плохой дороге и автомобиль долго не проработает, не сломавшись.

Саня с Ваней в очередной раз расположились в офисе, но мне почему-то не сиделось.

– Пойду-ка я на экскаватор поднимусь, – решил я, подчиняясь какому-то необъяснимому чувству.

– Да что там смотреть? – усомнился Ваня. – Уже сто раз все перепроверили.

– А все равно делать нечего, – ответил я и вышел из вагончика.

В машинном отделении было темно. Я открыл двери, но дневной свет освещал только то, что было перед проемом. Шкафы управления со всей начинкой находились в углу отделения, и дневной свет туда уже не доставал. Я включил фонарик и приступил к осмотру, еще толком не представляя, что хотел увидеть, – скорее, просто контрольный осмотр.

Поочередно открывая шкафы, взглядом пробежался по состоянию блоков, подходящих кабелей, клеммников.

Все было в порядке. В очередном шкафу находились платы с рядами оранжевых реле, и размещались эти платы вертикально одна над другой.

Общая картина не вызывала сомнений. Я уже закрывал дверки, когда мой взгляд напоследок скользнул по крайнему реле, и неожиданно рука остановилась. Что-то странное проскочило при беглом взгляде. Я присмотрелся повнимательнее и на корпусе этого реле увидел повреждение пластикового корпуса. Вернее, повреждением это назвать было бы неправильно – скорее следы задиров или глубоких царапин: как если бы кто-то ножом или острой отверткой драл корпус.

«Бракованное реле поставили?» – мелькнула мысль. Но такое было маловероятно – компания, выпускающая это оборудование, была известна своим отношением и к своей репутации, и к тому, что производила. Я перевел взгляд на соседнее реле и увидел такие же повреждения. Третье, четвертое, пятое! – все были с поврежденными корпусами! Все это выглядело более чем странно.