Невостребованная любовь. Детство

Николай встал, подошёл к любимой, взял её за плечи, поднял с лавки и решительно сказал:

– После Нового года жди сватов. А с Витей я сам поговорю, как мужик с мужиком. Большой уже, поймёт.

У Нади слёзы закапали, и она опустила покорно голову на грудь любимого. Николай тихонько отстранил её и спросил:

– Ты пощёму меня треугольником назвала?

– А ты видел себя со спины?

– Со спины? – перепросил он и засмеялся, – ну, если я треугольник, то ты песочные часы.

Молодые оба засмеялись, забыв все обиды и сомнения, они любили друг друга, и всё прочее большого значения не имело.

Когда до заведующего отделением дошёл слух о драке у базовки, он задумался: «А племянница-то выросла! Поеду в район, надо будет ткань привезти для баб колхозниц».

Наде тоже выдали три метра ситца. Радости её не было предела. Придя домой, она тут же достала платья матери, выбрала одно, другое свернула аккуратно и убрала обратно в сундук. То платье, которое ей более приглянулось, аккуратно распорола по швам. Взяла чугунный утюг, достала из загнива в печи угли, засыпала их внутрь утюга и села ждать, когда утюг нагреется, гладя ладонью и рассматривая ситец.

Проутюжила все складочки на частях платья матери, приложила их, как выкройки, на ситец и вырезала все части платья из новой ткани. За одну ночь она на руках сшила себе платье. Конечно, можно было попросить деда, но она не знала, как сказать деду с бабкой, что она собралась замуж. Померила платье – как будто век шила, платье ладно легло по её фигуре.

– Ну, вот и хорошо, а то приедут сватать, не в сарафане же их встречать.

Покрасовалась, полюбовалась сама на себя, наклоняя голову то вперёд, то назад, то с боков рассматривая себя – зеркала-то нет, и сняла платье. Приладила его на плечики в виде палки сантиметров сорока, в центре которой было отверстие, в отверстие продёрнута верёвочка, за эту верёвочку она повесила «плечики» с платьем на гвоздь в стене, закрыв его сверху пелёнкой. Подумала, подумала и решила идти к старикам, без них всё равно никак.

Приедут сватать, должен же кто-то из родителей быть.

Дед с бабкой уже были наслышаны о женихе внучки и о драке на ферме. Дед снял очки, исподлобья глянул на внучку:

– Ты что это надумала? Нашла себе мужа! Глаза-то у тебя есть! Мало горя нахлебалась, ещё хочется? Намотаешь с ним соплей-то на кулак! Один в один судьбу матери повторяешь. Зачем тебе это надо? Вон, Николай Граханов, парень степенный, скромный, не верхогляд какой-то. И ты ему нравишься.