Куда уходит детство

Неподалёку от магазина с витринами сидел широколицый сапожник-китаец, призывно размахивая щётками.

– Садись, обувка чистить надо, мал-мало. Грязный нельзя таскать! – зазывно улыбался весёлый китаец, приглашая к себе прохожих.

Ванька смущённо покосился на свои босые ноги и гордо отвернулся.

– Бабуска! Внуку ботинки давай покупай, босой нельзя ходить, – не отставал китаец, улыбаясь бабушке с внуком узкими щёлками глаз, и похотливо оглядывая бабушку.

Ванька вконец рассердился. Как может этот наглый китаец так смотреть на его старенькую бабушку.

Они вошли во двор большого кирпичного здания, и подошли к деревянному бараку с открытыми настежь воротами…

Внутри строения грохотали станки; увидев деда, Ванька бросился к нему и, споткнувшись, растянулся на полу. Скрывая боль, подбежал.

– Ух, ты, сколько всего, – забыв обо всём на свете, он восхищённо разглядывал инструменты у деда на верстаке.

– Нравится? – одобрительно хмыкнул дед, – помоги вон бабушке.

И Ванька стал помогать ей, запихивать в большой дерюжный мешок стружки, обрезки досок, брусков, упрашивая:

– Можно, я с дедом останусь, бабуленька?

– Пусть остаётся, – разрешил дед, – я пригляжу за ним, не боись.

– Как вчерась у колодца? – ворчливо напомнила бабушка, но перечить не посмела. Взвалив на плечо мешок, строго посмотрела на внука и ушла, а дед протянул Ваньке ножовку и брусок:

– На, попили пока, и я поработаю.

– Дядя Вань, сегодня получка, не забыл чай? – подмигнул деду весёлый парень, подтаскивая к соседнему верстаку длинные доски…

– Мы с ребятами к пещерам пойдем, клад искать, – хвастался внук, стараясь шагать в ногу с дедом, тот одобрил:

– А што, слетайте. И то дело.

– Дед, там бабушка наша молится? – показал Ванька на церковь, стоявшую неподалёку от базарной площади.

– Раньше молилась, – дед остановился закурить, – музей это теперь, об истории города, всего края.

– А там что? – теперь Ванькино внимание привлекла стройка.

– Завод воздвигают. Вот вырастешь, работать на нём будешь.

– Я подвиг хочу совершить, только не знаю какой. Война-то давно кончилась, – Ванька с надеждой посмотрел на всезнающего деда; может быть, он подскажет ему, что делать?

– Работать надо добросовестно, жить честно, это и есть подвиг.

Ванька недоверчиво ухмыльнулся, но спорить не стал.