К югу от Вирджинии

Полина нажала отбой, вышла в коридор.

Бетси выслушала ее, изредка поглядывая в компьютер, у редакторши был роскошный «мак» с монументальным экраном. Полина начала страстно, убедительно, но под конец выдохлась и уже сама не понимала, зачем пришла и чего хочет. Она замолчала, протянула Бетси копию показаний Проценко, жительницы села Федотовка. Редакторша взяла бумагу, поглядела на нее, вернула Полине. Помолчав, спросила:

– А ты не еврейка?

Полина с сожалением помотала головой.

– Рыжик… – Бетси подняла дуги бровей, словно дегустируя.

– Нет, это белорусская фамилия. Мне бабушка говорила.

– Жаль… – редакторша скосила черные глаза на экран. – Ну что же они делают… на семь процентов… – пробормотала, щурясь. – Извини. Понимаешь, если бы она была еврейкой, мы могли бы послать запрос и в немецкий архив, и в белорусский. И по нашим каналам попытаться узнать что-нибудь, через музей Холокоста. И здесь, и в Израиле.

Полина виновато кивнула головой.

Вот и Бронкс. Она вышла из метро, нацепила черные очки, прижала сумку к животу и, не обращая внимания на оклики попрошаек, перебежала на другую сторону улицы. Черный парень в бейсболке и в грязной бельевой майке попытался ухватить ее за запястье. Полина увернулась, парень заржал и весело выматерился вслед.

У мотеля что-то происходило, толпились люди, на обочине нос в нос стояли два полицейских «Форда». Будто секретничают, усмехнулась Полина и тут увидела, что дверь в ее номер распахнута настежь.

– Ну вот! – закричала Дорис. – Я звоню ей, звоню! Эй, офицер! Тут она!

Замок был вырван с мясом, из двери веером торчала желтая щепа. В проеме на корточках сидел полицейский, он снимал отпечатки пальцев. На полу, в раскрытом стальном чемоданчике, блестели разные банки, тюбики, в ячейках лежали кисточки, похожие на макияжные. Точно как в кино, растерянно подумала Полина, пытаясь заглянуть в комнату.

– У вас есть документы? – Толстый мулат в мятом сером костюме выглянул из комнаты.

Обе створки шкафа были раскрыты настежь, тряпки валялись по всей комнате, с лампы свисал черный лифчик с лиловыми кружевами. Подарок Саймона. Полина протянула руку.

– Не трогать! – рыкнул толстяк. Он переписывал данные из ее водительских прав в блокнот. – Посмотрите как следует, что пропало. Деньги, украшения, электроника. Только не трогайте ничего.