Мародеры

Асов натянул черную вязаную шапочку, обулся в черные зимние туфли, перекинул через плечо потяжелевшую сумку. Саша был готов. В прихожей появилась мама и тоже оделась. Вместе они вышли на безлюдную улицу. На ходу Саша нащупал в карманах свои тряпичные черные перчатки, но надевать их не стал.

Асов приспособился к тому, что жизнь глупая и жестокая вещь, что она бьет при каждом удобном случае, и никто не защитит, кроме него самого. Поэтому он просто не зацикливался на проблемах и шел к цели. Далекой или сиюминутной.

Саша всегда концентрировался на какой-нибудь цели. Вот и сейчас эта цель отвлекала его от эмоций.

На непривычно пустом, с заледеневшими стеклами троллейбусе Асов с матерью доехали до центра города. Мама взялась ему под руку, и они пошли под мост, где располагалась дорога, ведущая за город. Старая историческая часть в центре Опольска, внесла корректировки в расположение дорог. Поэтому-то дороги огибали древние земляные валы бывших крепостных стен, белокаменные памятники крепостных ворот с бойницами и православный собор XII века постройки.

Дорога за город выводила петлей из центра под мостом.

Перейдя перекресток, мать с сыном остановились около двухэтажного коричневого дома старой планировки. На первом этаже была широкая металлическая дверь, окрашенная в черный цвет. Сбоку от нее висела табличка, на которой большими позолоченными буквами было написано: «Военная похоронная компания». Дверь оказалась заперта.

Около здания находились стоянка такси и круглосуточное кафе, куда после ночной смены или перед началом дежурства заезжали гаишники и таксисты, чтобы выпить горячего кофе, перекусить пирожками или беляшами.

Поэтому хотя в городе и было безлюдно, как обычно утром после праздника, около кафе вперемешку с водителями сновали люди в форме.

Асов вгляделся в лица, но знакомых не увидел. Он посмотрел на часы: было восемь сорок пять. Вместе с мамой зашел в кафе, купил себе карточку для пополнения баланса на телефоне, и они стали ждать, когда откроется похоронная компания.

В девять часов Саша позвонил агенту. Долго шли гудки, а затем прозвучало приветствие автоответчика, Асов прервал звонок. От мысли, что агент его обманула и ничего не выйдет, становилось еще хуже. Выхода не было, приходилось ждать около этих черных траурных дверей.

Несмотря на уговоры, мама оставалась с ним рядом, пока он высматривал приезжающие машины в надежде, что в одной из них сидит агент. Снова набрав ее номер, он услышал ответ: скоро буду.