Притчи мидрашей. Сборник сказаний, притч, изречений

Случилось так, что, при приближении их к цитрам своим, им встретилась Серах, дочь Ассира, девушка, прекрасная лицом и обладавшая в редкой степени даром игры на цитре. Поведали они ей об Иосифе и сказали:

– Ступай к отцу нашему, к Иакову, и заиграй перед ним на цитре, и песню запой, а в песне этой упомяни то, о чем мы рассказали тебе.

Сбегала Серах в шатер за цитрой, пришла к Иакову и, сев у ног его, стала перебирать струны цитры и сладким голосом своим запела:

«Он жив и славен

В стране далекой…»

Поднял патриарх поникшую голову свою и начал прислушиваться к голосу Серах.

«Он жив и славен…» —

повторила девушка, заставляя тихо и сладостно звенеть струны на цитре, и наконец громким и ликующим аккордом зазвучала песня:

«Он жив!

Он жив и славен,

В стране далекой, Твой сын Иосиф,

Твой сын и дядя мой!..»

Потоком света и радости полилась песня Серах в душу Иакова – и дух Господен сошел на него, и понял он, что правда звучит в словах песни этой.

(Бер.-Р., 92; Танх. Сеф. Гаиаш.)

XIII. Кончина Иакова

Призвал Иаков сыновей своих и сказал:

– Соберитесь, и я возвещу вам, что будет с вами в грядущие дни.

Желал Иаков открыть им грядущую судьбу мира, но дар предвидения вдруг покинул его.

– Нет ли, упаси Господь, – подумал он, – в семье моей изъяна, как в семье отца моего, в лице Исава?

– Нет, – сказали в один голос сыновья его, – слушай, отец наш Израиль! В наших сердцах, как и в твоем сердце, жив только Единый.

И Иаков благоговейно отвечал:

– Благословенно имя Его, царствующего во веки веков!

И звучит из века в век, дважды в день, утром и вечером, клич далеких потомков его:

Слушай, Израиль!

Слушай в гробнице Махпела, отец наш Израиль! Крепко и свято храним мы завет твой: Господь наш – Господь единый!»

(Пес., 56; Бер.-Р., 98)

И дошли они (сыновья Иакова с телом его) до гумна Атада[19 - «Атад» означает собственно: изгородь из колючего кустарника.

По преданию от раби Абагу, туда пришли также сыновья Исава, и сыновья Измаила, и потомки Хеттуры. Пришли со злыми чувствами и враждебными целями, колючим кустарником окружив останки праведника. Но вот, видят они: венец Иосифа висит у гроба. И все сняли венцы свои, счетом тридцать шесть, и, точно золотой гирляндой, окружили ими гроб патриарха.

(Coттa, 13)

Рабство и исход

I.