Сказки

Приходит в деревню и у первой избы постучалась.

– Кто там? – спросил мужик, открывая оконце.

– Это я, добрый человек, лисичка-сестричка. Пусти переночевать!

– У нас и без тебя тесно! – сказал старик и хотел было задвинуть окошечко.

– Что мне, много ли надо? – просила лиса. – Сама лягу на лавку, а хвостик под лавку, – и вся тут.

Сжалился старик, пустил лису, а она ему и говорит:

– Мужичок, мужичок, спрячь мой лапоток!

Мужик взял лапоток и кинул его под печку.

Вот ночью все заснули, лисичка слезла тихонько с лавки, подкралась к лаптю, вытащила его и закинула далеко в печь, а сама вернулась как ни в чём не бывало, легла на лавочку, а хвостик спустила под лавочку.

Стало светать. Люди проснулись; старуха затопила печь, а старик стал снаряжаться в лес по дрова.

Проснулась и лисица, побежала за лапотком – глядь, а лаптя как не бывало. Взвыла лиса:

– Обидел старик, поживился моим добром, а я за свой лапоток и курочки не возьму!

Посмотрел мужик под печь – нет лаптя! Что делать? А ведь сам клал! Пошёл, взял курицу и отдал лисе.

Хозяин с хозяйкой стали ублажать лису: налили в чашку молока, покрошили хлеба, сделали яичницу и стали лису просить не побрезговать хлебом-солью. А лисе только того и хотелось. Вскочила на лавку, поела хлеб, вылакала молочка, уплела яичницу, взяла курицу, положила в мешок, простилась с хозяевами и пошла своим путём-дорогой.

Идёт и песенку попевает:

Лисичка-сестричка

Тёмной ноченькой

Шла голодная;

Она шла да шла,

Лапоток нашла,

В люди снесла,

Добрым людям сбыла,

Курочку взяла.

Вот подходит она вечером к другой деревне. Стук, тук, тук, – стучит лиса в избу.

– Кто там? – спросил мужик.

– Это я, лисичка-сестричка. Пусти, дядюшка, переночевать!

– У нас и без тебя тесно, ступай дальше, – сказал мужик, захлопнув окно.

– Я вас не потесню, – говорила лиса. – Сама лягу на лавку, а хвост под лавку, – и вся тут!

Пустили лису.

Хозяин взял курочку и пустил её к уткам за решётку. Лисица всё это видела и, как заснули хозяева, слезла тихонько с лавки, подкралась к решётке, вытащила свою курочку, ощипала, съела, а пёрышки с косточками зарыла под печью; сама же, как добрая, вскочила на лавку, свернулась клубочком и уснула.