Когда не всё равно

– Нам и не нужно выходить. Доктор, дайте нам, пожалуйста, ножницы.

Парень ухмыльнулся, и спросил:

– Ты и стрижки делать умеешь?

– Не умею, но челку точно смогу выстричь. Аня, твое мнение? Нести ножницы или не надо.

Девочка продолжала хлопать огромными голубыми глазами. Головка нерешительно кивнула.

– Ян, ты же не собираешься устраивать тут парикмахерскую…. – голос хирурга был тихий и вкрадчивый. Помня учебу, девушка прекрасно знала, что скрывается за этим мнимым спокойствием. Он всегда так говорил, когда начинал злиться.

– Не собираюсь, но челку я ей сделаю. Могли бы и сами догадаться, тоже мне эстеты. Неси ножницы.

Минуту гостья и доктор мерили другу друга взглядами. Ни один не хотел уступать, так было и во время учебы. Если уж они схлестывались по какой-то причине, а к слову, таких причин тогда почему-то находилось очень и очень много, то стояли на своем до конца. Никто и никогда из одногрупников не вмешивались в это противостояние.

– Это вообще-то больница. – Все тем же бархатным нажимом произнес парень.

– Я знаю. Но мы же можем сделать небольшое отступление, правда?

Темные глаза, смотрящие на молодого человека снизу вверх, сделались лукавыми и светились странным светом. Раньше она так не умела делать, это уж точно. Раньше взгляд всегда был колючим, настороженным и серьезным. С ним проще было справиться, ведь в ответ в организме всегда появлялась раздражение. Почему-то раньше эта девчонка постоянно его злила. Сейчас же Яна не кричала, не спорила, она просила.

И как оказалось, против такого у него не было оружия.

Андрей даже растерялся, не находя нужные слова:

– Какие тебе нужны, канцелярские?

– Нет, они у вас тут все тупые, неси хирургические.

– Больше тебе ничего не надо!

– Больше не надо, расческу мы найдем сами, правда, Аня?

Впервые за все время детские губки дрогнули в слабой улыбке. Очень робко и неуверенно, тогда как голубые глаза светились. Яна подмигнула пациентке, краем глаза смотря, как парень выходит за дверь.

– Круто вы его, – проговорила Аня, с еще большим интересом рассматривая свою гостью.

– В смысле?

Яна вновь присела на край кровати, изо всех сил стараясь не смотреть на шрамы. Глаза так и впивались в изъяны на милом подростковом личике. Приходилось прикладывать нешуточные усилия, чтобы не разглядывать. Еще сложнее приходилось справляться со своей жалостью. Вот это стало настоящим испытанием.

– Он тут большой «Босс», а вы его за ножницами послали.