Эффект Лазаря

Но тот, что украшает метрополитен Китсом, мне симпатичнее.

Клиент за дверь, Генька со сказкой ко мне. За то время, что я сражалась с клиентом, она превратила ежика в ежиху. Все встало на свои места, но сам сюжет не изменился.

Влюбилась ежиха в кактус. Кактус отвечал взаимностью. Решили пожениться. Оставалось представить жениха родителям ежихи, но кактус отказался стронуться с места. Ежиха так и не догадалась, что он корнями врос в землю и не может вылезти из горшка. Между ними случилась ссора. Пошли душещипательные обвинения в предательстве, неуважении к родителям невесты, а закончилось все обычной вульгарной руганью и разрывом.

Сказка была длинная. К концу я отключилась и думала о своем.

– Ну что? – спросила Генька с надеждой.

– Из этого можно сделать пьесу, – констатировала я. – И снести в кукольный театр.

По пути домой Генька уговаривала меня поехать с ними на дачу, но я ждала Шурку. Я и Шурку могла взять на дачу, но мне почему-то запало в голову, что на этих выходных Костя позвонит, а меня не будет дома…

Уже алтари огнем панхейским дымятся! Как эта ночь нежна!

16

– Можно я у тебя буду жить, когда эти поженятся?

Шурка говорит так, словно считает, что я обалдею от восторга.

– Значит, не хочешь, – дрогнувшим голосом уточняет Шурка. Она разочарована.

– А ты что хочешь? Поссориться с мамой и меня с ней поссорить? Соображать-то надо? К тому же ты не подумала, что у меня тоже может быть личная жизнь.

– Разве она у тебя есть? – вылупила глаза. – А почему я не знаю?

– Придет время – узнаешь.

Шурка сидит сникшая, словно разом утратила все свои надежды.

– Я сбегу из дому, если он к нам переедет жить.

– Ладно, – стараюсь ее приободрить, – не предавайся вселенской печали. Что было написано на кольце царя Соломона?

– Почем мне знать?

– «Все пройдет»!

– Меня это не утешает, – говорит со скучным видом.

Уснащаю макароны маслом и посыпаю тертым зеленым сыром.

– Что это? – Она пробует и отодвигает тарелку. – Какая гадость!

Забираю макароны с сыром себе, а ей кладу новую порцию и выдавливаю из тюбика кетчуп. Нехотя ест. Спрашивает о семейных фотографиях:

– Что за инсталляция?

– Это мои предки. Тебе они тоже приходятся родственниками.

Ее это мало трогает. А я все думаю, рассказать ли, как бабушка Вера не дала Юлии выйти замуж, за что до глубокой старости себя корила.