Призвание – писатель. Том 3

Покинув медсанбат, он ни разу не выбрался к ней, ни на минуту не мог оставить роту, и теперь, когда всё смешалось, окончательно её потерял.

Заметив, что спутники смотрят в сторону, он тоже повернул голову. Там лежал труп. Трупов было много вокруг, но этот выделялся, и, присмотревшись, Михаэль увидел убитую Машу. Она лежала на спине, задравшаяся юбка обнажила красивые полные ноги. Подбежав, Михаэль поправил юбку. Судорога прошла по телу, и он подумал с ужасом, что если Маша здесь, то и Клава, может быть, лежит где-то рядом.

Отстав на несколько шагов от Игнатьева, Михаэль огляделся. Ему показалось, что он действительно видит Клаву. Девушка, похожая не неё, сидела под деревом – недалеко, метрах в ста, не дальше. Приблизившись, Михаэль увидел на её рукаве повязку с красным крестом. Клава?! Но почему она сидит, когда надо идти?..

Добежав, Михаэль осторожно тронул девушку за плечо, и мёртвое тело сползло на землю, а голова с тёмно-русой прядью откинулась вбок.

Это была не Клава.

Михаэль оторвался от своих и лихорадочно искал взглядом Игнатьева.

Майора он увидел далеко впереди и побежал, ежесекундно рискуя схватить одну из немецких пуль, которые свободно, без помех, жужжали вокруг. Загудели самолёты, послышался свист падающих бомб, и чёрная стена разрыва встала перед ним, отделив от Игнатьева. Взрывная волна тряхнула Михаэля, швырнула на землю и оглушила, а когда, придя в себя, он поднял голову, впереди уже не было никого.

…– Живой? – сквозь вату, заложившую уши, дальним отзвуком послышался чей-то голос.

Михаэль оглянулся. К нему подходил сержант Николай Парфенов и с ним ещё трое. Михаэль узнал двух бойцов своей роты: ефрейтора Стеклова – широкоплечего, крепкого колхозника из-под Тамбова и, словно кто-то решивший посмеяться специально составил эту пару, невысокого, щуплого Витю Думенко из Харькова. Третьим был помощник начальника штаба батальона младший лейтенант Данилевский. Хотя старшим по званию являлся он, тон задавал Николай.

– Идти можешь, политрук? – спросил Данилевский.

Михаэль встал. Его шатало. Николай выжидающе смотрел на него.

– Идём, я помогу. Контузия у тебя лёгкая, быстро пройдёт, – сказал Данилевский.

– Послушай, лейтенант, – нетерпеливо произнёс Николай, – не можем мы с каждым возиться. Времени нет. Оставь его, как-нибудь сам доберётся.

– А если не доберётся?

– Ладно, тащи, – согласился сержант, внезапно изменив своё мнение, – только не отставайте. Я один знаю, как отсюда выбраться. Места знакомые.