Призвание – писатель. Том 3

Уж и новая война началась, а я как вспомню – так нахлынет. Пока вот тебя не встретила. Не хотела тебе говорить, молчала, да ведь не скроешь… Сердишься на меня?

Михаэля одолевала ревность. Напрасно он пытался убедить себя, что этот неизвестный ему соперник погиб и никогда не встанет между ним и Клавой. То, что он чувствовал, было сильнее его. Надо было что-то ответить, и он пробормотал:

– Да нет, что ты…

И попытался улыбнуться, только вышло плохо, и Клава всё поняла, но, как видно, не ждала другой реакции.

– Ну что ты, Мишенька, дуешься? Я ведь тебя люблю, а Серёжи… того давно уже на свете нет. Знаешь что? Давай помечтаем. Вот заканчивается война, и приезжаем мы ко мне в Вологду…

Вологда! Об этом Михаэль не думал. Он вообще не думал о том, как сложится у него с Клавой. Здесь, на войне, где умереть можно в любой момент, – до этого ли сейчас?.. Так мало шансов остаться в живых, а Клава, оказывается, будущую жизнь планирует. Только найдётся ли ему в этой жизни место? Ему, еврею из Латвии, в исконно русском окружении? Примут ли его? А Палестина? Так и останется фантазией? Ведь Клава, даже если они чудом доживут до конца войны, ни на какую Палестину не согласится.

– Почему обязательно в Вологду? – Михаэль произнёс это только для того, чтобы не молчать. – Можно и ко мне, в Ригу.

– В Ригу? – переспросила Клава. – Не-е, Миша. Там, у вас, непривычно мне будет. И латыши… Вон, мужик про них рассказывал, который тебя чуть не задушил.

Очередной налёт помешал ответить. Они едва успели запрыгнуть в наспех вырытую щель. Михаэль ожидал, что Клава вернётся к разговору, но этого не произошло. Зато в те недолгие минуты, когда они могли уединиться, Клава, похудевшая и не менее голодная, чем Михаэль, отдавалась ему так, словно это было в последний раз. Не то хотела убедить Михаэля в своей любви, не то что-то предчувствовала.

И вот теперь, когда они, пытаясь выйти из окружения и сдерживая наседающих гитлеровцев, заняли оборону у Финёва Луга, вероятность уцелеть становилась всё меньше и меньше.

А вскоре Михаэль и Клава расстались. Неожиданно появившийся в медсанбате Игнатьев коротко заявил Михаэлю:

– Некогда церемонию разводить. Забираю тебя обратно в полк. С комиссаром дивизии согласовано. А мне комроты нужен.

– Но я…

– Ну что «ты»? Что?.. В свой бывший батальон пойдёшь. Там командир теперь другой.