Не только на Рождество

Как ни странно, собачьи уши сильно отличаются от ушей человека, – замечает он и слегка тянет мое ухо вперед. – Во-первых, они мягче, – продолжает он. – И более гибкие. Не говоря уже о том, что покрыты шерстью. Кроме того, слух у собак гораздо острее, чем у нас.

– Так вы хотите сказать, что мои уши не выдерживают сравнения? Полный отстой?

– Ну да.

– Я не против собачьих ушей. Думаю, меня бы устроили… уши бассет-хаунда.

Он отстраняется и смотрит на меня с удивлением.

– Бассет-хаунда?

– Зачем иметь маленькие ушки, как у чихуахуа, если можно обзавестись роскошными длинными, толстыми и висячими? – Он косо смотрит на меня.

– Ваше ухо в полном порядке, – говорит он.

– Никаких рубцов не останется?

– Думаю, нет.

– Спасибо, доктор.

– Ветеринаров здесь не называют докторами. Мы в деревне не гонимся за модными титулами.

– Ладно. А как мне вас называть? – Крупный Рогатый Кэл, наверное? Он колеблется, словно читает мои мысли.

– Просто Кэл.

– Хорошо.

– Что ж, вижу, ты не сбежала обратно в великую метрополию, – говорит он.

– Нет. Я все еще здесь. Еще не вкусила всех прелестей, которые может предложить сельский Девон, – беззаботно отвечаю я.

– И что же это за прелести? – Он прислоняется к косяку двери и вопросительно поднимает бровь, вынуждая меня перечислять.

– О, а то ты не знаешь. Взбитые сливки, скрампи[22 - Крепкий сухой сидр; популярен в юго-западной Англии.]… – Я задумываюсь, отчаянно пытаясь вспомнить, чем еще славится Девон.

– Красные Рубины?[23 - Древняя порода крупного рогатого скота из графства Девон, имеет ярко-красный цвет.] – предлагает он.

– И это тоже, – киваю я. Хотя понятия не имею, едят красные рубины или носят их, но против цвета не возражаю.

– Только не в сыром виде, – советует он.

– Я люблю во фритюре, – несколько опрометчиво заявляю я. Крупный Рогатый Кэл самодовольно улыбается, словно вопрошая: Неужели? Я чувствую, как кровь приливает к лицу, и тотчас сожалею о своем комментарии.

– Кстати, а где Джез?

– На улице.

– Я обещал завезти ей это. – Он протягивает мне небольшой коричневый пакет. – Только пусть держит в холодильнике.

Я заглядываю в пакет, полагая, что там продукты. Но внутри дюжина крошечных белых пластмассовых формочек в виде конусов. Я поднимаю на него недоуменный взгляд.

– Суппозитории, – поясняет он.

– Ага. – Вид у меня, должно быть, слегка озадаченный.

– Они для собак.