Ваш Николай. Стихотворения

Три красные полоски значат Бог

На полдник несут сметану и пряник

Весь дом дребезжит как шкатулка

Устремленная алмазами в дымоход

Регулярное «вечное» настоящее – ближайшее «случайное» настоящее – настоящее как мелкая повторность, как бы ритм, переходящий в частоту (словно у Штокхаузена), но помнящий о начальной частоте из трех полосок.

Колдуют баба и медведь

Большая мышь пятнистая сова

Ни одного незнакомого звука

Не существует для меня

Круговое «календарное» настоящее – как бы сигналы авторского эхолота, нерегулярно (потому что объекты максимально разнородны) сканирующего окрестности.

Когда звезда летит наискосок

Есть подлый смысл в головокруженьи

Выходит из стены заплаканный мальчик

Он варит кофе беспризорник

Настоящее, продолженное диагональю – еще одно круговое движение, но не в той плоскости, что во второй строфе, – еще одно «случайное» настоящее – настоящее продолженное, включающее в себя круговращение (ведь кофе помешивают); две последние строки – единственные, где есть прямая последовательность действий.

Великая почта лежит на земле

Неверный шаг грозит пожизненной усталостью

Живая кровь вливается в салат

Страна глядится в воду кипарисом

Заключительный букет настоящих времен: пассивная активность – чреватое однократное действие – нерегулярный процесс – возвратное то ли повторное, то ли застывшее, снова с мотивом дуги (чтобы глядеться в воду, кипарис должен согнуться).

Чтобы мы не сомневались, что это контрапункт времен и типов движения, Шваб настаивает на одновременности, привычно замыкая строфу легкой дилетантски-песенной рифмой, чуть ли не «меня – тебя».

Констелляция разных времен и модальностей в чистом виде присутствует, например, здесь, где она создает иллюзию съемки с нескольких камер:

Однажды в заброшенном метрополитене

Проходят открытые рабочие собрания

И молодой человек с тряпичным лицом

Расскажет кто он есть на самом деле

Если уж возникла аналогия с кино, нельзя пройти мимо стихотворения «Камнями девочки играли в бриллианты…», где к тщательной темпоральной разработке добавлена операторская – приближение, удаление, проход, наезд.

Все это лишь отчасти связано с «персонажами» или обусловлено ими. Персонажи у Шваба – если это не фигуры движения типа рыбьей головы или перочинного ножичка, – обитают скорее в парадигматическом контексте, перекликаясь из разных стихотворений.