Пряный аромат угрозы

Накрыв его пледом, я задумалась: несколько дней до этого он очень плохо спал, как и в течение недели перед свадьбой. Он то просыпался среди ночи и шел курить, то вообще не ложился до утра. Я списывала это на нарушение биоритмов из-за наркотиков и постоянных перелетов через океан. Но только ли его роковые ошибки молодости тому виной? Я понимала, что эта мысль не дает мне покоя, все больше и больше изматывая меня. В итоге я тоже подхватила бессонницу и решила, что этот гордиев узел нужно во что бы то ни стало разрубить.

Произошло два события, на первый взгляд совершенно не связанные друг с другом, но которые ознаменовали начало конца нашей счастливой семейной жизни.

В одной из газет появилась небольшая статья, которая содержала довольно толстый намек на теневой бизнес, в который была якобы вовлечена «МарСо». Я почти не читала французских газет, но эта новость дошла до меня быстро. Мне срочно нужно было идти к стоматологу, а Лео записал меня к своему врачу по своей страховке, поскольку моя еще не была готова.

Я приехала в офис Марэ, чтобы забрать у него карту. Когда я увидела его, он был в бешенстве. Я поспешила списать это на очередной разгон на совещании, но оказалось, что дело в одной паршивой статье.

– Что за статья? Неужели все так серьезно? – осторожно спросила я.

– Какой-то недоумок придумал байку об отмывании денег с мафиозным арабским шейхом.

– Что за бред! Какой шейх? Вы разве работаете с арабами?

– В том-то и дело, что не работаем. Пока. Мы только нацеливаемся открыть филиал в Абу-Даби.

Вот и пытаемся провернуть несколько сомнительных сделок, чтобы выиграть тендер, – бросил он язвительно.

– Но если он об этом написал, значит, у него есть какая-то информация. Не мог же он выдумать такое на пустом месте! Или это был выстрел наугад?

– Не удивлюсь, если и так.

Гнев продолжал кипеть в нем. Он и раньше раздражался по таким вопросам, но сейчас что-то еще было в этом проявлении негодования. Страх? Страх того, что что-то может выйти на поверхность?

– Лео, скажи, когда ты последний раз был на Ближнем Востоке?

Я не знаю, почему я задала этот вопрос.

Но он попал в цель. Он сразу как-то напрягся, хотя ни один мускул на лице не дрогнул. Что-то было не так…

– При чем тут это? – процедил он сквозь зубы.

– Ни при чем… Я просто думала, что ты давно там не был. Какие дела ты мог вести с ними? Ты ни с кем не встречался ни там, ни в Париже, – я не совсем понимала, что говорю, лишь бы что-то сказать.