Второй шанс

Когда Дима переступил порог квартиры с двумя баулами и вывалил это известие, мама долго плакала, а отец как-то по-стариковски сгорбился, но промолчал.

– Что у вас про Югославию говорят? – спросила мама за чаем.

Дима сразу вспомнил Лёниного мужика в кепке.

– У нас об этом вообще не заикаются. Думаю, в других редакциях тоже.

– Но война будет?

– Может, и будет, – равнодушно ответил Дима, размешивая ложечкой содержимое кружки.

– Жалко. Разобьют всё, разрушат, – сказала мама.

В молодости она посетила Белград, Сараево, Сплит и Дубровник по туристической путевке.

– Не наше это дело.

Балканская повестка явно не трогала сотрудника новостей.

– Ты с Вадиком давно разговаривал? – осторожно поинтересовался папа.

Вадиком звали Диминого сына – прелестного белокурого малыша с васильковыми глазами. Он был в курсе, что у папы очень много дел, и поэтому тот не ночует дома, зато появляется по воскресеньям с гостинцами.

– Звонил ему в понедельник вечером с канала, – сказал Дима.

«Сошлись бы снова, а?», – прочел он в маминых глазах. Чай почудился ему приторным до омерзения, хотя были там, как обычно, только два кусочка сахара.

– У тебя с деньгами как?

Этот мамин вопрос явно оказался лишним. Дима скривился, как от зубной боли, и сообщил, что денег ему хватает.

– Сегодня позже вернусь. Надо побыть до эфира, – предупредил он, поднимаясь из-за стола.

– Выперли Маляву. Такая она, жизнь-жестянка, – промолвил Стас Омельченко с каким-то мазохистским удовлетворением.

– Как выперли?

– Без выходного пособия, – конкретизировал оператор.

Элеонора не выразила ему особого сочувствия.

– Каждый за себя, один Бог за всех, – продолжал Стас, прислонившись к холодильнику службы новостей.

Малявкина рассчитали прямо с утра по «алкогольной» статье Кодекса законов о труде РСФСР, который продолжал применяться в свободной России. На этом завершилось служебное расследование, которое учинил Василий Иванович.

– «Россия», значит, показывает голых баб и мужика, похожего на генерального прокурора[6 - В ночном выпуске «Вестей» 17 марта 1999 г.

была показана почти часовая видеозапись, на которой человек, похожий на генерального прокурора РФ Юрия Скуратова, занимался сексом с двумя девушками. По сведениям газеты «Коммерсант», показ был прямо санкционирован Кремлем. В появлении записи сам Скуратов обвинял директора ФСБ Владимира Путина.], и ей ничего, как с гуся вода. Никого не увольняют, не штрафуют.