Второй шанс

Внешняя дверь вестибюля, ведущая на улицу, распахнулась. Мимо Димы и Стаса бодрым шагом проследовали Миша и Лёша с ГТРК. На них пропуск был оформлен своевременно. Оба помахали в знак приветствия, но не остановились: до заседания чрезвычайной комиссии по укреплению бюджетной и налоговой дисциплины оставалось чуть больше пяти минут.

– Betacam у них, настоящая камера. Не то, что наши пукалки, – с завистью отметил Стас.

– Не камера красит человека, – бросил ему Дима. – Стой тут, я сейчас!

Вылетев из подъезда, он галопом понесся вдоль серого здания.

За «зеброй», по другую сторону улицы, на стене дома с парикмахерской висел таксофон. Одна мысль билась в голове у Клевцова: «Только бы работал».

Таксофон был исправен, а карточку, к счастью, он постоянно носил с собой. Пресс-служба отозвалась длинными гудками. Сбросил вызов, набрал снова. Наконец, после десятого или одиннадцатого гудка, трубу взяли.

– Алло, – послышался противный голос Аллы Сергеевны Ручкиной, заместителя начальника службы.

Журналисты разных СМИ прозвали ее Сучкиной за высокомерное поведение и вечную волокиту, даже в мелочах. Дима подозревал, что она к тому же глупа, как пробка.

– Дмитрий Клевцов, канал «Город плюс», – выпалил он. – На меня и моего оператора нет пропуска на первом подъезде.

– А я вам что должна, молодой человек? – ответила Ручкина тоном продавщицы семечек.

«Если вы встретили препятствие, думайте не о том, как будете объяснять свой провал. Любым способом необходимо выполнить задание.

Настоящий журналист без мыла пролезет куда угодно», – чеканил Ветров на одной из планерок. «Значит, любым способом?» – мысленно спросил себя Дима, чувствуя подступающее бешенство.

– Слушайте меня внимательно, – жестко сказал он в трубку. – Наш разговор записывается на диктофон. Если сейчас же, повторяю, сейчас же не будет пропуска на два лица с аппаратурой, эту пленку мы дадим в эфир, прямо в новости. С комментарием относительно вас и вашего руководства. Первый подъезд. Вы запомнили?

– Молодой… Дмитрий, я одна в отделе… я не смогу так сразу, – зачастила Ручкина совсем другим тоном.

– Ровно две минуты. Время пошло!

– Да что же это… – у Ручкиной, кажется, что-то загремело, падая со стола: то ли связка ключей, то ли стакан с подстаканником. – Ожидайте, я иду!

Дима и Стас поднялись в зал ровно за тридцать секунд до начала заседания.

Старик Баранников стоял и курил в неположенном месте, прямо на ступеньках малого корпуса.