В магический дом требуется домовая

– Ну ладно, – пожала плечами Элина, снова усаживаясь на стул и поджимая под себя почему-то босые ноги. – А если тебя будут представлять на приемах, то звучать это будет «Лукерья Бетиния Луша домовая сэн Хейль». Потому что ты будешь иметь отношение к дому рода сэн Хейль, а значит, и приобретешь второе имя женщины рода. Только к названию рода еще должность положена. Но пока такое есть только у папиного секретаря. Мисс Абигейль Бетиния секретарь сэн Хейль. Ее домашнего имени я не знаю, – передернула она худенькими плечиками.

– Чудно как, – хихикнула Лушка, только сейчас разглядев и сообразив, что девчонка одета как-то необычно. На хрупкой фигурке с голенастыми, как у цыпленка, ногами были забавные панталончики до щиколотки, ну чисто восточные шаровары, только не широкие, по ноге. А сверху свободное платье или блузка чуть выше колена с рукавом три четверти. Все это было сшито из мягкой тонкой ткани симпатичного персикового цвета, только вот обувки на ногах у этой хозяюшки не наблюдалось.

А Эля пыталась продолжить светскую беседу, интересуясь яблоком и гостьей, причем именно в такой последовательности. Домовая, гадая о местной моде, уже откусила свое, и воздух незаметно наполнялся душистым яблочным ароматом.

– Да ешь яблоко-то, ешь, – махнула своим надкушенным в сторону Эли Лушка. – Потом еще чего сообразим, когда потолкуем. Фрукт это обычный, на дереве растет. У вас таких нет, что ли?

Элионора взяла яблоко и повертела в руках.

– Фрукты у нас есть, включая яблоки.

– Почему? – совершенно искренне поразилась Лукерья. – Это же очень вкусно!

– Так ведь вот так их не откусишь, кожура толстая, да и неудобно. А если порезать мелко, то они темнеют сразу, вот и идут в компот только или еще куда. – Эля с удовольствием схрумкала яблоко. – А жаль, так они вкусные.

– У кухарки? – тут же насторожила ушки Лушка. – А где эта кухарка? И почему ты одна в доме? Куда все подевались?

Девочка опять нахмурилась и тоскливо оглядела яблочный огрызок.

– А давай ты мне про себя расскажешь, про мир не наш и почему на мой вызов отозвалась. А потом уже я. – Живот Эльки жалобно буркнул, и она, смутившись, покраснела.