Бунино солнце

 – Расскажи сначала в подробностях, кто ее схватил. Как они выглядели? Какая была машина?

Произнося все это, я за руку тащила ее в подъезд, к лестнице. Нужно было скорее оказаться в квартире, собратсяь с мыслями, и оттуда уже начинать действовать.

– Я… я не помню… Все произошло так быстро, – залепетала Лиза.

И я припечатала:

– Так вспоминай. По пунктам. И прекрати реветь – от того, как подробно ты сможешь все вспомнить, может быть, будет зависеть жизнь Буни.

Лиза вошла вслед за мной в квартиру, не снимая туфель, опустилась на краешек дивана в комнате и сжала ладонями виски, будто бы надеясь таким образом заставить мозг лучше работать.

Меня же словно наотмашь ударило – запахом Буни, ее забытыми в углу резиновыми игрушками, стоявшей в углу миской супа, который она так и не доела. Здесь все было Бунино, а самой Буни не было. Не позволяя себе расклеиться, я села на самый краешек дивана и подалась вперед, машинально скручивая в руках осиротевший поводок.

Лиза долго и путано рассказывала мне что-то – про какого-то Владика, который измотал ей все нервы, но в тот день позвонил… Я пресекла этот поток слов и потребовала говорить по существу.

И Лиза, всхлипывая, наконец, перешла к сути.

– Там была машина, – выдала она. – Жигули, девятка.

– Номер! – коротко спросила я, и Лиза беспомощно развела руками.

– Я не запомнила, я же не знала…

– А сфотографировать ты не могла? – не сдержавшись, рявкнула я. Но заметив, что Лиза сейчас совсем разнюнится, добавила.

 – Ладно, ладно. Уже неважно теперь. Что еще ты помнишь?

– Девятка, синяя. Грязная такая, – забормотала Лиза. – Они тащили ее веревкой. Господи, Инна, ты бы слышала, как она выла, бедненькая. Хрипела, плакала, как человек, которого на казнь ведут.

Я закрыла глаза, чувствуя, как болезненно сжимается горло. И тут Лиза вдруг вскрикнула:

– Вспомнила! Там была женщина! Знаешь, такая тетка лет за пятьдесят, но крепкая, коренастая такая, как спортсменка.

С короткой стрижкой и в ботинках таких, ну, знаешь, тяжелых.

– Женщина? – вскинулась я.

Конечно, под описание Лизы в Москве могло подойти несколько сотен женщин, но… Почему-то именно в этот момент я четко увидела перед глазами Тамару Андреевну. Коренастую, крепкую, с короткой стрижкой, в камуфляжном костюме и тяжелых ботинках. И даже голос ее услышала в ушах:

– Она перспективная, из нее получится отличная служебная собака.

Что если?..