Алтынай

Да и в следующие дни мать молчала, понимая, что сейчас выспрашивать, как прошло сватовство, – всё равно что сунуть горячий утюг в открытую рану.

Саша равнодушно ходил на работу. Так же равнодушно слушал Степкины хохмы. Ленка что-то пыталась сказать, но, глядя на Сашу, благоразумно замолкала и исчезала из цеха.

В конце недели мать попросила его отвезти посылочку сестре – с вареньем, курятиной, грибочками.

– Съезди в город, Саша, – сказала она, глядя почему-то в сторону. – Тебе полезно сейчас сменить обстановку.

Прямо завтра и поезжай! Три дня погуляешь по городу. Ничего с твоей работой не случится!

Она быстренько сунула ему посылку и убежала в огород. Саша договорился с начальником цеха и уехал.

Он с удовольствием гулял по городу. Кустанай стал преображаться. Вместо красивого кинотеатра «Кустанай», который безжалостно снесли какие-то крутые бизнесмены из Алматы, возник торгово-развлекательный центр «Поиск». Центральную улицу, бывшую Ленина, а теперь Аль-Фараби, выложили красивой брусчаткой.

Здание городского акимата украсили современным фасадом. Все дорожки и аллеи городского центрального парка также выложили красивой плиткой, поставили скамейки, фонари.

Бывшее здание обкома партии тоже облагородили. На нем появилась вывеска «Университет». От прилегающей к университету площади уходила вдаль широкая аллея с бассейном и фонтанами посередине.

Бывший кинотеатр «40 лет Казахстана» стал развлекательным центром. В нем разместили игровые автоматы и карточные столы, о чем свидетельствовала богато оформленная вывеска «Казино».

Новый строй начал давать свои плоды. По улицам бегали новенькие автобусы, везде звучала музыка, резвились нарядно одетые дети. Начали строить набережную реки Тобол. Город явно стал выздоравливать после уныния и безнадеги девяностых годов.

Саша искренне радовался этим изменениям и с горечью думал, что Степной так и спит возле своей железнодорожной станции и не известно, когда проснется. И проснется ли вообще? Может, его постигнет судьба тех многих деревень и поселков, в одночасье ставших не нужными ни республике, ни людям, ни времени.

Они потихоньку умирали, покрываясь, как язвами, разрушенными, брошенными домами. С ними потихоньку умирали и люди, отдавшие свою жизнь этим деревням и поселкам.

Степной тоже может умереть. Конечно, не весь. Железнодорожную станцию нужно содержать. Но Степной строился в советское время. И тогда об экономической целесообразности большого поселка никто не думал.