Одуванчики среднего запада

Оставляемые без ответа – они как мухи – отмахнёшься от них, а они снова тут как тут.

– В институте мхом всё поросло. Денег нет. Тему закрыли. Что ты хочешь? Чтобы я на базаре семечками торговал? Довольно! Всё говорено-переговорено, обратного пути нет.

– Фира унитазы моет, – продолжала Лена.

– Как шутил Жванецкий, это ей не мешало ездить на «Мерседесе». Его Фире не мешало, нашей Фире не мешает, никому не мешает. Мы не глупее ни Левиных, ни Гуревичей. Никто обратно не попросился. Не трави душу себе и мне. Программистом пойду.

В Америке Полина Абрамовна прижилась. Вышло всё, как и говорили знакомые. Пока дочь Лена с зятем встраивались в новую жизнь, заботы о внучке легли на её плечи. Двадцать лет пролетели быстрее, чем ожидание зубного протеза. А уж его она ждала – вся извелась, потому как без него ни пожевать, ни на людях показаться.

За эти годы внучка выросла, дети на приличных работах – дочь в банке кредиты выдаёт, зять – программистом в крупной компании.

Всё! Отдала долг. Выполнила-перевыполнила.

В прошлом биолог, кандидат наук, она всегда имела тягу к творчеству. Музыкальная школа, посещение студии «Юный художник» приобщили её к прекрасному ещё в детстве. Поэтому, несмотря на научную работу и житейскую рутину, она всегда находила время, чтобы помузицировать или набросать акварельку – лес, река, закат.

И как не сейчас вернуться к любимым занятиям – сначала «цветочки-лебесточки» рисовала, затем картинки позамысловатей – птички-кошечки. Первое место на конкурсе. Среди жильцов работы Полины Абрамовны нарасхват, а самая большая и яркая холл украшает. Администрация жилищного комплекса ей грамоту вручила.

Жизнь у Полины Абрамовны, как в песне «Ой, полным-полна моя коробушка». Холодильник ломится, в серванте стекло чешское, ковёр, как в старой квартире на Фурцевой, четыре русских канала по телевизору, подруги любимые, занятия по интересам, и главное – кавалер, брюнет белозубый итальянских кровей – рояль фирмы Фациоли.

К сожалению, союз с итальянцем длился недолго… Разлучили злые люди. А как старалась! Если и сбивалась, то переигрывала заново и погромче, как бы извиняясь. Люди дверью в зал туда-сюда хлопают, заглядывают, руками машут, улыбаются.