Новый Декамерон. 29 новелл времен пандемии

О чем, черт подери, он говорит?

– Я не свободен, ты знаешь.

Теперь ты замечаешь: ему нужно постричься. Волосы у него всклокоченные, длинные, как трава в парке.

– Конечно, – киваешь ты. – Поздравляю.

Он вроде сбит с толку.

– Ты больше ничего не хочешь сказать?

Внезапно тебя поражают его глаза. Разве они были не голубые? А теперь просто водянисто-серые, белки испещрены красными сосудиками.

– А что ты хочешь, чтобы я сказала?

– Послушай, Джулия, то, что случилось ночью, было похабно, да? Я тоже повел себя похабно, признаю.

Но когда ты вот так звонишь мне в рыданиях, что прикажешь делать? Я хочу сказать, какой ты предоставила мне выбор?

Ты прочесываешь воспоминания про «ночью». Нигде не отыскать вообще никакой ночи. Ты пытаешься представить, как звонила Бену. Набираешь номер, а из глаз текут слезы. Кругом только синее небо, какой чудесный цвет.

– Я просто хотел занести продукты, – продолжает он. – Я сказал тебе, что просто пришел занести продукты. Я бы сделал это для всех друзей, которые заболели.

Он говорит так, будто дает пощечину. Заболела? На фоне того, как ты сейчас себя чувствуешь, слово кажется тебе вопиюще неправильным. Вопреки Бену. Ты только посмотри, как он старается, чтобы на тебя подействовало. Да это он болен. Он выглядит на тысячу лет.

– Я собирался оставить их под дверью и уйти, – грустно произносит Бен. – А потом этот звук…

Он закрывает глаза. У него такой страдальческий вид, что просто смешно.

– Какой звук?

Ты вспоминаешь ужасный, красивый колокол в процедурном кабинете.

Голова до сих пор заполнена его бесконечным звоном.

– Ты. Рыдала. Хлюпала. Дышала через дверь. Совсем одна. Просила, умоляла, чтобы я зашел.

Ты смотришь, как он качает головой.

– Все еще у меня перед глазами, если честно. – Бен поднимает на тебя взгляд.

Судя по всему, он ждет, что ты будешь раздавлена. Стыдом за столь явное отчаяние ночью. Ночью, когда твое горе издавало звуки, которые он никогда не забудет и перед которыми, видно, не смог устоять.

И тут до тебя доходит: вы с Беном, похоже, трахнулись. Ну конечно, ты трахнула Повелителя Тьмы. Может, именно поэтому он Повелитель Тьмы.

– Мы повели себя безрассудно! – кричит Бен. – Я повел себя безрассудно.

Его голос как кирпич. Старается раздробить тебя, будто ты хрустальная ваза. Может, когда-то и была. Тебе это представляется очень далеким печальным обстоятельством. Но сейчас тебя не вывести из равновесия.