Колючая удача для Пуговкиной

Шавермур серой тенью скользнул за ней, а за ним шустро заперебирали лапками разноцветные паучки с растопыренными, еще не просохшими крыльями.

К тележке вся процессия добралась как раз в тот момент, когда Константин выяснял, проедет ли он куда-то, и ему громко жужжали в ответ.

Кактусу хватило одного взгляда на взопревшую Пуговкину, чтобы понять корень проблемы, поэтому, не дожидаясь претензий, он быстренько и радостно сообщил, что их сейчас отведут туда, где есть прекрасное место для лагеря.

– Надеюсь, там будет тенечек? – недовольно выдохнула Люся, пытаясь пристроить к нему на тележку канистру и стул.

Если канистра прекрасно повисла ручкой на торчащем из плетения корзинки-кашпо прутике, то стул никуда не прилеплялся. Пришлось, следуя совету Ежова, опять рыться в рюкзаке, с причитаниями распускать недовязанный носок и нитками приматывать стул за спинку и две ножки к заднику кактусовой тележки.

Правда, девушка предлагала оживить стул магией, как транспорт кактуса, и пусть бы топал сам, но ей объяснили, что на неживые предметы это не действует.

Слегка расстроившись, что у нее не будет волшебной говоряще-ходящей мебели, как в мультике «Красавица и чудовище», девушка принялась за дело.

К ней на помощь пришли уже знакомые, практически ставшие приятелями, паучки, и скоро маленькая компания попаданцев уже была готова двинуться на новое место.

– А вас зовут-то как? – вдруг озаботилась именами насекомышей Пуговкина, к неудовольствию кота взяв их на руки и уже совершенно не боясь радостно оскаленных в улыбках зубастых пастечек.

Паучки, не зная про имена совсем ничего, попросили объяснить по дороге.

Люся тут же принялась знакомить новых приятелей со всей компанией, начав с кота:

– Это вот кот. Кот – это… ну, название вида. Он кот, я человек. Кота зовут Шавермур, это и есть имя. А меня зовут Людмила Пуговкина. Можно Люда или Мила, только не Люся. Люся мне не нравится. А это Костя, Костя Ежов. Он так-то человек, но сейчас он растение, кактус.

– Люд, у них приличная стая, или что там за форма общественного устройства имеется. Ты всем имена будешь давать? – ехидно спросил Ежов, медленно катясь по едва заметной тропинке в кустах между деревьями.

– Нет, только этим. Они ведь уже наши знакомые. Я ведь не совсем спятила, – недовольно пропыхтела Пуговкина, топая за тележкой.

– Пусть будут Вжик-один и Вжик-два, – хохотнул Костя.