Илька из Закустовки

– А Ален и Люк где-то в городе, занимаются делами, – испуганно пискнула она сердитой лаборантке.

– Вот, значит, как? Энтони, я в город! – Фейка опять уменьшилась и стрелой вылетела в открытое окно.

– Капец охламонам, если отыщет, – фыркнул ей вслед метаршигл.

Глава 8. О том, может ли третий быть лишним

Грета нашла нашу уставшую парочку уныло сидящей на ступенях главного здания. Устроились именно тут они потому, что не знали, куда идти. Боялись, что в парке гномка их не отыщет, а оставаться в кабинете артефактора или возвращаться в лабораторию Бяо Грема наотрез отказался.

К целителю он не хотел в связи с не очень приятными воспоминаниями, а артефактора откровенно побаивался, видя его нешуточный интерес к метаршигловским иглам, таинственному, убранному Ильмарой сверточку с фоном природной магии и расцветке самого Шуршегрема.

Грема был уверен, что это не к добру и улыбчивый клыкастый дядечка только и ждет, чтобы нацепить на него кучу приборчиков и сделать подопытным зверьком для своих артефакторских нужд.

Илька с бубнящим питомцем спорить не стала. Бухтел Шуршегрем теперь вслух и гораздо тише, а на крыльце и вовсе мог говорить только о еде.

Грета, надо сказать, извинилась за столь долгую отлучку, пообещала им роскошный ужин и даже поход по магазинам.

– К поступлению сделаю тебе подарок. Ну и этому ворчуну тоже. Пойдемте быстрее, – поторопила она подопечных, возвращаясь в холл академии к выходу стационарного портала, – у меня еще в городе куча дел.

Сам ужин по возвращении в таверну Илька помнила уже смутно. Она уже за столом начала клевать носом под причмокивание и одобрительные замечания Гремы обо всех блюдах, что ему удалось попробовать.

Зато утро в комнате таверны рождало в ней неизведанное ощущение чего-то необыкновенного, приключившегося в ее жизни.

Впервые она проснулась не в собственной постели в родной Закустовке, а в совершенно незнакомом месте.

Сев на кровати и пошевелив пальчиками ног по деревянным медово-бежевым гладким половицам, уже нагретым солнечными лучиками, она оглядела свое временное пристанище.

Комната была небольшая, но довольно уютная. Помимо кровати, на которой Илька сидела, с пышно взбитыми подушками и пуховым одеялом в голубеньком, вышитом синими цветочками пододеяльнике, в комнате имелся комод с зеркалом, узкий платяной шкаф, крошечный столик на высокой ножке в компании двух стульев и кресло у окна.