Дикари не выбирают принцесс

Будто внутри черепной коробки не мозг, а ржавый механизм, который вот-вот развалится. Нащупываю горлышко бутылки с водой, без слов передаю ее подруге, из следующей пью сама, проклиная и Бришку, и себя, и предстоящий разговор с родителями. Вряд ли они спустят произошедшее на тормозах. Сабрине, естественно, ничего не скажут. Она чокнутая, в чем теперь даже у меня не осталось сомнений, а мне надо придумать хоть какое-то оправдание. Господи, хоть бы это папа нас забрал. Он не будет на меня сильно ругаться и не даст этого сделать маме.

– Лизи, я сейчас умру…

– Ш-ш-ш!

Как я ее понимаю. От любого звука шестерёнки в голове лязгают, засыпая все вокруг себя острыми хлопьями ржавчины. Допиваю воду, роняю бутылку на пол, мимо коврика – синхронно стонем от звонкого удара стекла о паркет и другие бутылки.

– Ещё? – спрашиваю, морщась от собственного голоса.

– Угу.

Пальцы вновь погружаются в изрядно подтаявший лед, выискивая среди него спасительную воду. Пусто.

– Последние выпили, – шепчу, проводя мокрой ладонью по щекам.

– Ненавидишь меня?

– Да.

– И я, – Бри тяжело вздыхает, нащупывает мою ладонь и едва ощутимо сжимает. – Прости.

– Забыли, – в ответ шевелю пальцами. Подушечкой указательного пальца натыкаюсь на что-то шершавое, Бри болезненно стонет. Приоткрываю один глаз, поднимаю руку подруги и усмехаюсь, морщась от боли в висках. – Кажется ты вчера подралась.

– О-о-о, не помню. А ты?

Рассматриваю свои руки и дёргаю головой:

– Я нет.

– Хоть кто-то из нас нормальный.

А вот в этом я очень сомневаюсь. Моя нормальность закончилась в тот момент, когда я согласилась явиться на эту вечеринку. Будь она проклята.

Двери в комнату бесшумно открываются, лишь лёгкое шевеление задернутых наглухо штор выдает появление ещё одного человека. По шагам узнаю Алевтину – она умудряется даже на каблуках ходить так, что при всем желании не услышишь. Аккуратно забирает ведёрко со льдом, на его место ставит новое и подкатывает к кровати столик с завтраком.

– Аленька, – окликаю ее пока не ушла.

– Михаилу Васильевичу позвонили и он отправил за вами Андрюшу, Елизавета Михайловна.

– А мама? Мама нас видела?

– Нет, что вы. Ольга Сергеевна рано легла и уехала в посольство ни свет ни заря. Я вашу одежду спрятала от греха подальше, но Михаил Васильевич заходил после, отменил все встречи… – Алевтина замолкает, услышав мой вздох. – Я вам с Сабриной кашку пожиже сварила и воды принесла побольше.