Я вас люблю

При этом она понимала, что, согласившись вчера на эту встречу, она словно бы освободила что-то, вытащила на свет то ждущее, исподволь выматывающее ее, то, чему она не знала названия, чего не было (и быть не могло!) в ее любви с Володей Шатерниковым и о чем она вдруг догадалась однажды, когда они обедали с Александром Сергеевичем в ресторане и он повелительно, просто усадил ее себе на колени. Это было похоже на то, как однажды, когда она гладила тяжелым раскаленным утюгом свою сорочку, ее окликнул кто-то из столовой, и она, дернувшись, дотронулась до утюга краем ладони.

Боясь, что ее непременно кто-то увидит – мать из окна спальни, Алиса или няня, – она выскользнула из подъезда и почти бегом заспешила в сторону аптеки. Александр Сергеевич негромко окликнул ее. Он шел по противоположной стороне улицы, она даже и не заметила его.

– Думал, не догоню, – слегка задыхаясь, сказал он.

– Я к вам на минуту, – дрожащим голосом ответила она. – Мне трудно сейчас отлучаться из дому.

– Ребенок? – улыбнулся он.

– Ребенок. Илюша.

– Вы кормите?

Она огненно покраснела.

– Чего тут стесняться? – спросил он. – К тому же я доктор. Не будете же вы стесняться доктора?

– Не доктора. – Она чувствовала, что сейчас заплачет от волнения. – Но вас я ужасно стесняюсь.

– Вот так напугал?

– Вы не виноваты в этом, – прошептала она.

– Дурацкое время! – раздраженно сказал он и поднял воротник. – Мне даже пригласить вас некуда. Филипповская, и та закрылась. Муки не хватает.

– Я бы туда всё равно не пошла. – Она опустила голову и исподлобья посмотрела на него.

– Да я пошутил, – опять усмехнулся он. – Меня туда тоже не очень-то тянет.

– Вы сейчас живете один? – спросила она и тут же поняла, что этого не нужно было спрашивать: он, может быть, что-то подумал, ужасное.

– Да, – ответил он, помедлив.

Она, наверное, ослышалась. Неужели он не понял, что Илюша родился без отца, что она не замужем и жених ее убит? А иначе она разве бы выбежала к нему сейчас?

– Я была замужем, – неожиданно для себя ответила она. – Но мужа убили. Илюша родился уже после этого.

– Примите мои соболезнования, – сдержанно сказал он, и по его блеснувшим глазам Таня поняла, что он не поверил ей.