Кровная месть. Чеченская вендетта

Но почему, почему ему надо было именно меня сделать несчастливым на долгие шестнадцать лет?!

– Дад, я не знаю. Но точно знаю, что он никому не мог сделать плохого. Он хороший человек.

– Думаю, ты прав, Микаил. Когда бандиты похитили меня много лет тому назад, он единственный среди них был без маски. Он один не грубил и не избивал нас с Яшей, когда я пытался им объяснить, что они совершают большой грех. С тех пор я много раз пытался понять, в чём тут секрет. И ещё вот что удивительно… Если бы он не хотел, чтобы я тебя нашёл, он не должен был появляться на телеэкране, тем более, вместе с тобой.

Это был либо очень глупый поступок, либо он хотел, чтобы я вас нашёл.

– Дад, я могу тебе сказать точно одно – я знаю его очень хорошо. Он очень разумный человек и никогда не делает опрометчивых поступков.

– Тогда почему он хотел, чтобы я нашёл тебя?

– Я не знаю.

– Да, конечно, откуда тебе это может быть известно… Даже мне непонятна вся эта ситуация.

– Я думаю, ответ в пяти минутах отсюда.

– Скоро мы всё узнаем… Кстати, Микаил, сначала я бы хотел пойти в мечеть и помолиться.

– Нет проблем, дада. Видишь то маленькое здание? Там внутри мечеть. С шести лет Канта водил меня туда каждую субботу и воскресенье, я учил там арабский язык и основы религии.

– Спасибо ему за это.

Руслан понял, что невозможно отрицать очевидное: Канта сделал для его сына много добра, но какую цель он преследовал, выкрав малыша у родителя, оставалось неясным. Поэтому, хотя Руслан был бесконечно рад «второму рождению» Микаила, он всё ещё чувствовал себя не в состоянии простить Канту.

Зайдя в мечеть и совершив омовение, Руслан полностью погрузился в молитву. Опомнился он только когда увидел рядом с собой сына, который кротко шептал слова молитвы. Когда-то Руслан держал его, совсем крохотного, в ладонях. Теперь этот мальчик уже был одинакового роста с отцом.

– Спасибо тебе, о Аллах, за всё, что ты делаешь, – прошептал Руслан и, повернувшись к сыну, крепко обнял его.

Микаил всё ещё держал в руках письмо и фотографию мамы. Ему казалось, будто он держит её за руку, как всегда мечтал. А теперь он может обнять и взять за руку ещё и своего отца.

Руслан инстинктивно чувствовал, что в действиях Канты не было злого умысла. Просто было что-то такое, о чём они – Руслан и Микаил – не знали. Неторопливо выйдя из мечети, они направились к машине.

– Микаил, когда войдём в дом, пожалуйста, укажи мне его комнату, а сам иди в другую.