Встреча длиною в тысячи жизней… Книга первая

– Я так себя не называла никогда!

– Ну, ты ж работаешь в школе, значит, претендуешь на такое звание.

– Я в своей школе по большому счёту больше ученик, и я никого не учу. Я лишь помогаю вспомнить и расширить видение людей о самих себе, полюбить себя, разбудить в них своего Учителя и стать им…

Володя сидел и ухмылялся. Он как будто бы знал что-то, он как будто проникал глубоко в мою душу и видел там то, что не видела я, и что увидеть отчаянно сопротивлялась…

– У тебя есть боль внутри, – сказал он медленно.

– Что за боль? Какая боль?

– Это только ты можешь знать.

– Ну, понятно, я работаю с эмоциональным телом и душевных ран у нас у всех достаточно много и из прошлых жизней, и из этой жизни. Но у меня все хорошо сейчас. Я и так много прошла и уже много очистила из себя. Да и Стив Ротер сказал мне на личной встрече, что самое худшее у меня уже позади.

– Худшее, может быть, и позади, но боль, которую ты запихнула когда-то, всё равно живет в тебе, я это чувствую.

Вот как! Я задумалась на минуту: «Откуда он всё это знает? Да, всякое у меня было в жизни, как и у всех у нас, идущих вместе с Землей на пути в Свет, но мне казалось, что я уже со многим справилась…»

– Знаешь, чем мы похожи с тобой, Аня? – Володя вдруг повернулся ко мне.

– Неужели мы похожи? И чем?

– У нас у обоих с тобой есть боль, – сказал он как врач, который делает последнее заключение.

Мы оба замолчали, и я опустила свой взгляд. Володя стал включать и выключать фары. Мимо пробегала какая-то одинокая собака и мне вспомнилась старая советская песня:

«Вот и встретились два одиночества,

Развели у дороги костер,

А костру разгораться не хочется…

Вот и весь, вот и весь разговор…»

Я вдруг подумала, что у меня есть выбор подлить в костер немного горючего, и тогда он точно разгорится…

– Володь, расскажи всё-таки, что произошло с тобой.

– Ой, мама родная! – громко вздохнул мой собеседник. – Все вы такие! Ты себе помоги, спасительница!

«Где-то я уже это слышала!» – подумала я, не проникаясь в смысл замечания, а напрасно.

– Расскажу, конечно, да я и не хочу скрывать. То, что произошло, то и произошло, – Володя начал свой рассказ.