Битва Авраама

Нимроду нравилось, как они падают.

Как замирают, пронзеные стрелой, и валятся на землю.

Нимрод добивал самолично того, кто еще шевелился.

…В какой-то миг смолкли стоны и крики.

И наступила такая тишина, которой не знали эти горы.

Просто некому было ни крикнуть, ни застонать, ни вздохнуть.

Нимрод победно оглядел долину смерти.

Да, что и говорить, он был лучшим стрелком на свете.

Теперь никто не мог сомневаться в этом.

Он был царем и богом.

И хотел, чтобы все это знали, все!

Нимрод поцеловал дужку лука.

Повернул коня и медленно поехал мимо застывших воинов.

Ему было уже не интересно здесь.

Жрец Биш проводил его подобострастным взглядом.

И дал команду войску.

Воины спустились с коней и разбрелись среди убитых животных.

Им надо было выбрать самых крупных и сделать из них чучела для дворца.

Шкуры пустить на подстилки, а черепа с отверстиями от стрел разместить в покоях Нимрода, чтобы все видели и боялись.

Ну, а если вдруг попадется живая душа, надо добить ее.

Аврам дрожал в руках Сапира.

Но уже не сопротивлялся.

Вдруг из-за скалы показалась голова тигра.

Он оскалился и, прихрамывая, скользнул в расщелину.

Справа и слева по отвесным скалам проскакали газели.

Вскоре все стихло.

Сапир осторожно повел мальчика обратно.

Камень под его ногой скользнул, перекатился несколько раз и полетел вниз…

Этот звук мог услышать только горный сурок или сова.

Его и не услышал никто, кроме жреца Биша.

Ни одно животное не могло сравниться с ним по слуху и обонянию, по остроте глаза.

Он услышал и поднял голову.

Острый взгляд его сразу же нашел место, откуда исходил звук.

Буквально на мгновение он заметил тень.

Даже не тень, край тени. И тут же отметил, что это не животное.

Метнулся к скале… Как кошка, как горная рысь, почти не касаясь камней, Биш летел вверх…

И вот оно – плато.

Он выскочил на него и огляделся.

Никого.

Медленно ощупал взглядом камни… землю…

Увидел что-то.

В свете уходящего солнца углядел какую-то травинку и поднял ее. Она была поломана посередине.

Взгляд его уперся в расщелину.

Жрец приблизился к ней.

Громко втянул носом воздух…

Вдруг стремительно достал из-за спины лук, из колчана стрелу и, не целясь, пустил её в расщелину.

Видно было, как высекая искры, она ударилась об уступ, отскочила и исчезла в глубине.

Жрец, прищурившись, пристально смотрел в темноту.

Ждал.