Год Дракона

Она нужна нам. Она приведёт за собой тех, у кого ещё осталась хоть капля разума и отваги.

– А они нам нужны? Те, у кого только капля, быть может, и наберётся?

– Нам нужны все, Дракон. Все люди. Я понимаю, и согласен с Мариной: тебе придётся нелегко, ты слишком привык быть Драконом. Но меняться необходимо.

– Я понял, – тихо произнёс Майзель. И повторил: – Я понял тебя, величество. Есть какой-нибудь план?

– Мы аннулировали её заграничный паспорт. Прямо в аэропорту – она собиралась лететь в Париж.

– Вот это да, – вырвалось у Майзеля.

– Дальше было такое, – Вацлав покрутил головой и языком прищёлкнул от удовольствия. – Я просмотрел запись, – пани Елена лишь чудом не разнесла главный воздушный порт державы.

– А мне покажешь?

– Непременно, – кивнул Вацлав. – Тебе следует хорошенько подготовиться. Это зрелище, достойное богов. Поверь.

– Верю, – хмыкнул Майзель. – Так как мы всё же поступим?

– Она подала жалобу на действия пограничной стражи в прокуратуру. Оттуда ей ответили, что вопрос может быть решён только мною лично.

– Конгениально, – Майзель хлопнул себя ладонями по коленям. – То есть она знает: её судьба целиком и полностью в руках монарха. Это должно привести пани Томанову в неописуемое бешенство. Когда же аудиенция?

– Аудиенцию даст Марина. А ты спрячешься за портьерой.

– Хитрюга, – заключил Майзель. – Но может сработать.

– И как же она ослепительна в гневе – я глаз не мог оторвать, – мечтательно уставился в потолок Вацлав.

– Чего не сумеет? Достоверно воссоздать мой противоречивый образ?

– Ты выполнишь мою просьбу?

– А что, у меня есть выбор?!

– В общем-то, нет, – сочувственно вздохнул Вацлав. – Впрочем, я думаю, ты быстро войдёшь во вкус.

– На что это ты намекаешь?! – подозрительно уставился на Вацлава Майзель.

– Молодая, интересная, умная, одинокая. То есть, прошу прощения, свободная.

– Хоть что-то приятное от тебя услышать за целый день, – буркнул Майзель. – Так когда?

– Марина вернётся из Белграда – и сразу начнём. Послезавтра.

– Советую тебе подумать о том, как ты собираешься компенсировать мне всё это.

– А вот прямо сейчас и компенсирую, – ласково посмотрел на Майзеля Вацлав и поднялся во все свои двести два сантиметра без стелек и каблуков.