Пугачев и его сообщники. 1774 г. Том 2

– Где Устинья? – спрашивали приезжие, входя в избу.

– Не знаю, – отвечала сноха.

– Ведь ей не убежать! – говорили казаки, уходя и бранясь, что не застали дома.

Вышедшая из подполья Устинья была в большом смущении и не знала, что вокруг ее совершалось.

– Что они, дьяволы, псовы дети, ко мне привязались! – говорила она, жалуясь снохе.

Между тем приехали домой ее братья, Андрей и Егор, и почти следом за ними и в третий уже раз сваты, с большим числом казаков. Устинья убежала в соседнюю горницу, но по приказанию приехавших, «запросто, без всякого наряда», была приведена снохой.

– Покажите мне невесту, – сказал самозванец.

Сноха взяла Устинью за руку и подвела к Пугачеву.

– Хороша, – проговорил он, – хороша!.. Поздравляю тебя, ты будешь со временем всероссийской царицей.

Самозванец вынул несколько серебряных денег, рублей тридцать, и передавая их своей невесте, поцеловал ее.

В самый разгар этой сцены вернулся домой отец нареченной царицы, отставной казак Петр Кузнецов. Трудно было ему понять, что происходило в доме, но недоразумение его скоро разъяснилось.

– Ты хозяин? А это дочь твоя? – спрашивал Пугачев.

– Да, – отвечал Кузнецов.

– Я намерен на ней жениться, и спасибо тебе, что кормил и поил ее.

Кузнецов бросился самозванцу в ноги «и плакал горько о том, что она молодехонька, принуждена идти замуж неволею».

– Меня некому ни обшить, ни обмыть, – говорил он, – а старухи [жены] не имею.

– Чтобы к вечеру готово было к сговору, – сказал строго Пугачев, – а завтра быть свадьбе.

Эти слова еще более огорчили отца и дочь, и они были в «великих слезах».

– Не плачь и готовься к венцу, – сказал самозванец и вместе со своими сообщниками оставил на время дом Кузнецова.

Перед сумерками жених прислал Устинье сарафан и рубашку голевую, сорочку и шубу длинную лисью и приказал к вечеру снарядиться, «что она в той горнице у печки и исполнила; убирали ее подружки, а первая тут сваха была жена Толкачева».

«Устинья, – показывал Иван Почиталин, – сперва не хотела было за него идти, равным образом и отец не очень был доволен, потому больше, что их дело казачье, а отдают дочь за царя, так не скоро привыкнет к царской поступи».