Град безначальный. 1500–2000

На страну эту выдвинуть войско непросто,

ибо здешние очень коварны места:

хоть живет московит, как собака бесхвоста, —

но для драки ему и не нужно хвоста.

Нужно двести баркасов и двести орудий,

и еще десять тысяч по десять солдат, —

и сдадутся немедленно здешние люди,

и Европу немедля возблагодарят.

Состраданье сколь можно подалее спрятав,

надо твердо идти на Москву напрямки,

там казнить и князей, и других аманатов

и развесить на сучьях вдоль Волги-реки.

В отдаленную местность покуда не лазя,

не идти на Казань, не соваться в Сибирь;

но поспешно, поймавши великого князя,

сделать графом и сразу спихнуть в монастырь.

…Здесь ученость подобна бесплодной пустыне,

здесь не читан ни Ветхий, ни Новый завет;

здесь не знают по-гречески, ни по-латыни,

по-еврейски и вовсе понятия нет.

Я описывать жуликов здешних не стану,

каждый мытарь чинит превеликий разор,

но никто не противится князю Ивану

от которого Курбский свалил за бугор.

Чуть не так – под секиру главу ты положишь,

право древнее в этой стране таково:

если грабить не хочешь ты или не можешь,

то убьют и ограбят тебя самого.

Право, в мире земли не сыскать непотребней,

пребывает в великой печали страна;

здесь пусты погреба, и поварни, и хлебни,

ибо в них не везут ни вина, ни зерна.

Слишком много здесь рабской и подлой породы,

но как только повергнем сей тягостный гнет,

богомерзкую схизму в короткие годы

европейская вера за пояс заткнет.

Чтоб Европе не ведать великого срама,

я советником быть добровольно берусь,

и покуда никто здесь не принял ислама,

надо срочно спасти эту бедную Русь.

Император, ты знаешь, сколь благостны войны!

Припадает к стопам твоим в горькой тоске

прозябающий в бедности аз недостойный.

Дальше подпись, число и сургуч на шнурке.

В письме от 1579 года бывший опричник Генрих Штаден предложил императору Рудольфу II «План обращения Московии в имперскую провинцию», прибавив сведения о стране и ее правлении и свою биографию, обмолвившись в ней о том, что «за получение от меня такого описания король польский очень много дал бы мне, когда я был послан в Польшу», умолчав при этом о том, что этот план захвата Московии он разработал вначале для немецкого пфальцграфа Георга Ганса и обсуждал его с ним.