Зов Юкона

Обносилось старое платье, путы скинуты – это ж смех!

Пусть святоши-старцы толкуют, что есть Благо, а что есть Грех!»

И тогда Господь, убоявшись, отозвал посланца небес:

Искушенья не знает Ангел, а поди ж ты – попутал бес!

И запел Сатана, ликуя, загоняя рефрен в стихи:

«Да вовеки не разлучатся Добродетели и Грехи!»

    Перевод А. Кроткова

Утешение

У тебя сплошные беды:

Ни работы, ни жены,

Никому ты стал не нужен,

Спину ломит, сны дурны,

Жизнь исчерпана до донца,

Мог бы – в гроб живьем залез,

Но тебе остались солнце

И лазурь небес.

Это небо голубое,

Словно райские врата,

Жар полуденного зноя,

Темной ночи немота,

Птичье пенье, пчел гуденье,

Перелески и ручьи,

Ключ студеный, луг зеленый —

Не хандри, они твои.

И никто не в силах это

У тебя отнять, браток,

Даже если ты измучен,

Беден, болен, одинок.

Оборванец ты недужный,

Но зазря не сквернословь:

У тебя есть всё, что нужно —

Бог с тобой, и Он – любовь.

    Перевод Ю. Лукача

Песня непосед

Не манил нас правоведческий диплом,

Не сиделось нам в конторе за столом,

Кровь кипела в наших жилах – ей противиться не в силах,

Потонули мы в разгуле удалом.

Жизнь катилась и азартна, и лиха,

Подсыпал нам дьявол перцу в потроха,

И отправили семейства, видя эти лиходейства,

Нас подальше от себя и от греха.

Нам пришлось покинуть наши города,

Погрузиться на заморские суда,

Но нисколько не страшила

Нас далекая могила —

Мы с отчизной распрощались навсегда.

То по горным кручам тащим свой рюкзак,

То в саванне разбиваем бивуак,

Без труда вы нас найдете и в пустыне, и в болоте,

Всюду там следы оставил наш башмак.

Мы – свободы вековечные рабы,

Не объезжены, бесстыжи и грубы,

Но найдется много чтящих нас в любых дремучих чащах —

Мы, как воины, готовы для борьбы.

Мы шагаем в темноту без пышных фраз,

Только горести – морщинами у глаз,

Мы живучи, словно кошки,

Безрассудны, не сторожки,

И со смертью танцевали мы не раз.

Ищем золото средь северного льда

И пасем на юге тучные стада,

Крепким балуемся ромом и уходим с крепким словом

В час, когда к концу приходит чехарда.

Мы идем по жизни смыслу вопреки,

Мы грешны, но наши плечи широки,

Чтобы вынести укоры, ждут нас прерии и горы,

В городах мы просто сдохнем от тоски.