Один шаг в Зазеркалье. Мистический андеграунд (сборник)

– Я боюсь покинуть ваше общество, – смутился я.

– Ну что же мне теперь с тобой делать? – вздохнул Джи.

– Ничего. Завтра я уже буду в Кишиневе.

– Я имею в виду, что у тебя отсутствует тонкое восприятие, – московский андеграунд оказался гораздо выше твоего понимания.

– Но они ничем не похожи на небожителей! – воскликнул я.

– Да на такого, какой ты есть, ни один небожитель даже плюнуть не захочет, – ответил Джи, а я подумал: «Если бы не моя мечта попасть на небеса, я бы не выдержал такого мнения о себе».

Я провел ночь на Авиамоторной, а утром купил билет на самолет – и вот я здесь. Но я совершенно не могу понять, чему же именно я обучался в Москве и что это за люди – московские ученики Джи. Во всяком случае, после рассказа я чувствую в душе легкость и спокойствие.

С этими словами Гурий собрал свои вещи и поехал домой, а я долго обдумывал услышанное.

Глава 6

Три буддийских обезьяны

Прошло более полугода. В течение этого времени я психологически готовился покинуть Кишинев и присоединиться к Джи.

– Ты еще жив, братушка? – спросил бодрым голосом он.

– Душа не находит покоя, – ответил я.

– Бросай математику и осваивай ремесло лепщика, – предложил Джи.

– В каком смысле? – удивился я.

– В самом прямом.

– Неужели вы считаете, что я должен покинуть место заведующего лабораторией в университете и перейти в простые рабочие? – возмутился я.

– Тебе пора выходить в жизнь, а не наблюдать ее из окна. Пришло время освоить новое ремесло, научиться творить руками. Тогда ты сможешь обрести материальную независимость и следовать за мной.

– Я веду важный проект, меня никто не отпустит до тех пор, пока я его не закончу, – телефонная трубка слегка подрагивала в моей руке.

– А ты попробуй.

– Вы меня поражаете! Неужели вам не известны университетские правила? – запальчиво продолжал я.

– Ну и оставайся приклеенным к креслу начальника, – заявил Джи, – а Корабль Аргонавтов поплывет дальше в поисках Золотого руна… – короткие гудки в трубке охладили мои эмоции.

«До чего же странный он человек», – раздумывал я, нервно передвигаясь по квартире. Но поскольку делом моей жизни становилось стремление к внутренней свободе, я решил подчиниться пожеланию Джи. Хотя я всегда чувствовал отвращение к ремеслу всякого рода, я решил попробовать.