Голубиная книга анархиста

– Пульсирующих?

– О, ну да. Яремная впадинка, за ушками, на запястье, хм, под коленками. И стойкий ароматный шлейф обеспечен на весь день. Но! – воскликнула девушка, вскинув указательный палец. – Один нюанс. Сказать?

Вася, как болванчик китайский, кивнул.

– Наносить надо на чуть влажную кожу. А потом выждать минутки две, чтобы парфюм впитался в вашу кожу.

– Это не мне, – сказал Вася.

– О, в кожу вашей супруги.

– Она мне не супруга, – испуганно отреагировал Вася.

– Мама? – тут же догадалась с ослепительной улыбкой белокурая.

– Хыхы-хы, – засмеялся Вася.

– О, что такое? – немного растерялась продавщица.

– Нет, – сказал Вася, снова оглянувшись на окно и заметив тех двоих. – Масла не надо. Попроще чего-нибудь. Подешевле.

– О-о-о, – протянула девушка. – Приходите завтра.

– Ладно, – согласился Вася.

По его лицу катился пот. Он поправил ремень сумки с лодкой на плече и вытер пот.

– Обязательно зайду. Но… Да! – вспомнил он и спросил, густо краснея. – А прокладки у вас есть? Ну, такие… короче, дамские.

Девушка улыбнулась и ответила, что есть. Вася купил прокладок. Посмотрел в окно.

– А сейчас… мне надо выйти. Нет ли другой двери?

Глаза девушки начали расширяться, кожа лица – и так-то светлая – бледнеть.

– Дерьмо, зараза, – бормотал Вася, – меня там ждут враги, понимаете?

– М-может, вызвать полицию, – слегка заикаясь, произнесла девушка.

Вася дернулся как ужаленный.

– Нет, спасибо!.. Видно, придется получить по шее.

Или лишиться зуба.

– Ну я не знаю, – сказала девушка, бледнея еще сильнее. – Есть боковая дверь… но она завалена коробками.

– Я все разберу! – воскликнул Вася.

– Нет, все-таки… – начала она.

Но Вася уже прошел за прилавок и принялся передвигать коробки. Дверь освободилась.

– Вы спасительница одинокого мореплавателя, – сказал Вася и, схватив свои баулы, выскользнул из ларька и сразу шмыгнул налево, за угол.

Там были пустые коробки, пакеты, железная тачка на цепи. Вася перебежал за другой ларек, оттуда – за третий, и так ушел по лабиринтам ларьков, сопровождаемый тревожно-вопросительными взглядами торговцев.

Уж слишком странен был вид востроносого рыжеватого малого в зимнем полупальто с рюкзаком и мешком, явно спешащего стать невидимым. По раскрасневшемуся его лицу бежали ручейки пота. В одном месте вынырнула белая собака с полувисящими розовыми ушами и носом в крапинку.

– Ххы! – выдохнул Вася, и собака завиляла хвостом.