Хэдли и Грейс

Покачала головой. Она многого ожидала от этой ночи, но уж никак не этого.

Хэдли согнула ногу, и на глаза вновь выступили слезы. Она не может ходить. Не может водить машину. У нее нет денег. Она даже не выехала из округа Ориндж, и все ее надежды на побег рухнули. Сейчас лучший вариант для нее – следовать плану Фрэнка и надеяться, что он никогда не узнает, что она участвовала в ограблении.

Она закусила губу, чтобы сдержать свои чувства, зная, что дети очень чувствительны к эмоциям других, даже когда спят.

Дверь открылась, и Грейс забралась внутрь.

– Куда? – спросила она.

– Отель «Айрес» на Эль-Торо, – пробормотала Хэдли.

Грейс окинула ее непонимающим взглядом.

– Мы уезжаем, – пояснила Хэдли. – Или, по крайней мере, собирались уезжать.

Грейс ничего не ответила. Не говоря ни слова, она завела машину и выехала на дорогу.

Через несколько минут Хэдли добавила:

– Вот почему я хотела взять деньги.

– Я не отдам их тебе, – прямо ответила Грейс.

– Я не просила тебя об этом. – Хэдли фыркнула и скрестила руки на груди. – Я просто пыталась объяснить, что делала сегодня вечером и почему пыталась заполучить свои деньги.

Машина резко повернула направо, и Хэдли соскользнула вбок. Ей приходилось держать себя в руках.

– Тебе что-нибудь заказать? – спросила Грейс, подъезжая к окошку для заказов бургерной «In-N-Out».

– У меня нет денег, – съязвила Хэдли.

– Я угощаю, – парировала Грейс без капли жалости.

– Нет, спасибо.

Грейс заказала два чизбургера, картошку фри и шоколадный молочный коктейль, и Хэдли начала ненавидеть ее еще больше. Если бы Хэдли так питалась, через неделю она была бы размером с моржа. Между тем Грейс, должно быть, весит не больше ста фунтов.

Грейс поставила еду на консоль между ними, и запахи фастфуда соблазнительно донеслись до носа Хэдли.

– Точно ничего не хочешь?

Хэдли покачала головой, а живот протестующе заурчал.

Грейс свернула обратно на дорогу, но через квартал съехала к бордюру и остановилась.

Наконец, шумно выдохнув, она повернулась к ней.

– Давай разделим их, – сказала она.

Хэдли моргнула.

– Деньги, – объяснила Грейс. – Мы договаривались «пятьдесят на пятьдесят». Значит, тебе нужно взять половину.