Без края

А в следующее мгновение Аслана и правда словно маску сняла, и на Вэю обрушилось новое ощущение души, которая предстала перед ними – такой, какой она была на самом деле.

Словно над полем, поросшим ковылем, стелется ветер, пасмурное небо, силуэты серых гор на горизонте. Посреди поля фигура человека. И вдруг издалека начинает нарастать грохот, пока не становится ясно, что это топот тысячи копыт. Через поле несется галопом табун гнедых лошадей – сильных, красивых, холеных. Они несутся прямо на человека, и гнедой смерч поглощает его, скрывает, уничтожает, невозможно выдержать его напор и мощь.

Но проходит время, и табун начинает удаляться, грохот стихает. И оказывается, что человек по-прежнему стоит посреди поля, целый и невредимый. У человека белокурая голова, тонкие длинные пальцы. Гнедая сила никогда не тронет его – обойдет, сбережет, защитит.

– Ты любишь его? – спросила Вэя Аслану.

– Да, – сказала она.

– Когда это началось? И почему Серж не знает?

Вэя заметила, что Аслана стала выглядеть по-другому.

– Это была маска Влаза? – спросила Вэя.

Аслана подтвердила.

Влаз мог, грубо говоря, скрывать ник, то есть делать душу неузнаваемой. Этим Нев и пользовался, чтобы Серж не мог узнать его в Аслане. И хотя Нев и сам умел маскироваться, не зря он создавал такое впечатление при контакте и назывался Невидимкой, но при близком общении, конечно, Серж заподозрил бы неладное.

И все-таки Вэя так и не могла понять, зачем Неву все это понадобилось.

– Серж идет, – сказала Аслана. – Я впущу его, позже поговорим.

Когда Шамуи был в мире, Нев мог быть привратником, то есть он принимал в круг души, и при этом остальным не приходилось выходить из мира. Нев чувствовал, когда кто-то начинал к ним стучаться, и вбирал их в мир.

Серж пришел не один. С ним в дом вошла молодая душа, которую они создали вместе с Шамуи в последнем воплощении.

– Знакомьтесь, это Эная, – сказал Серж, представляя ее Вэе и Шамуи.

Неву пришлось уйти. А Эная оказалась высокой и рыжеволосой, немного нескладной, неловкой, как будто ей не совсем удобно было в ее теле. Хотя вполне возможно, что так оно и было, потому что, как оказалось, молодая душа зародилась в скрипке, той самой, которую Серж практически не выпускал из рук в своем последнем воплощении.