Тесей

Осса довольно бесцеремонно растолкала тех, кто не успел убраться с её пути, выбежала из дворца на поросшую кустарником поляну на вершине горы, оттолкнулась обеими ногами и стремительно понеслась ввысь – туда, где скрывалась в облаках вершина Олимпа. Спустя считаные мгновения она уже вбегала в чертог Зевса.

Зевс восседал на троне и мрачно смотрел на Геру, которая гневно укоряла его:

– Что мне пользы в том, что я супруга великого и неодолимого Зевса? Любая нимфа, живущая в ручье, счастливее меня, потому что она может надеяться на любовь и верность и способна при случае отплатить за измену и предательство.

Поскольку Зевс безмолвствовал, Гера продолжила:

– Нет уж, с меня хватит! Геракл должен быть предан смерти. Он заслужил это за всё, что он натворил, и по человеческим, и по божественным законам! И подумать только, что ты мог найти в этой Алкмене! Неужели она чем-то лучше меня? Я, богиня и твоя супруга, всего-то несколько раз стала матерью твоих детей за столь долгие годы.

– Брось злословить, Гера. Геракл ни в чём не повинен перед тобой, чтобы лишать его жизни. Но, изволь, если ты так настаиваешь, пусть пока послужит царю Эврисфею, – насколько возможно миролюбивее отвечал Зевс.

– Да как у тебя язык поворачивается… – задыхаясь от злобы, начала говорить Гера, и тут они увидели Оссу, которую так и распирало от нетерпения сообщить замечательную новость.

Зевс поморщился, потому что новости, которые приносила богиня сплетен, часто становились источником различных неприятностей.

– О владыка, позволь донести до твоих ушей и прекрасных ушей твоей супруги поистине замечательное и удивительное известие, – затараторила Осса, вытаращив глаза и дрожа всем телом.

– Рассказывай, но будь краткой, – с поучительными нотками в голосе произнёс Зевс.

– До меня дошла весть, что великий бог был покорен красотой царской дочери, – с невероятными ужимками произнесла Осса и замолчала, ожидая реакции слушателей.

Гера фыркнула, а Зевс отвернулся в сторону от рассказчицы и сомкнул усталые глаза.

Осса, разочарованная их равнодушием, продолжила:

– Я говорю о Посейдоне и Эфре, дочери трезенского Питфея. Она на днях родила мальчика, да такого крепкого, что всем сразу стало ясно его божественное происхождение!

У Зевса немедленно улучшилось настроение, и он расхохотался.

– Славно, что родился мальчик.