Родная старина

Вот что говорит предание об одной войне с печенегами. Русские встретились с ними на реке Трубеже. Наши стояли по одну сторону реки, печенеги – по другую; ни те ни другие не решались перейти реку. Тогда подъехал к берегу печенежский князь и предложил Владимиру кончить дело единоборством.

– Выставим – ты своего воина, а я своего, пусть сразятся, – сказал он. – Если твой одолеет моего, то мы не будем воевать три года; если же мой победит, то мы будем три года опустошать твою землю.

Послал Владимир бирючей (вестников) по войску клич кликать: «Нет ли охотника на поединок с печенегом?» Никто не отозвался.

Но вот приходит к нему один старый воин и говорит:

– Князь, вышел я на войну с четырьмя сыновьями, а есть у меня меньшой сын дома. С самого детства никто не мог его одолеть. Раз я забранил его – а мял он в ту пору воловью кожу, – осерчал он на меня и в досаде разорвал кожу руками.

Обрадовался князь, услышав о таком силаче, послал за ним и рассказал ему, в чем дело.

– Не знаю, – сказал тот, – смогу ли… Пусть сперва испытают мою силу. Нет ли большого и сильного быка?

Привели огромного быка. Разъярили раскаленным железом, и рассвирепевшее животное помчалось в бешенстве мимо силача; тот изловчился, ухватил быка за бок и вырвал у него куски мяса с кожею, сколько захватила рука.

– Ты можешь бороться с печенегом, – сказал Владимир.

На другой день произошло единоборство. Выступили оба борца друг против друга. Печенежский богатырь был громадного роста и страшен на вид.

Началась борьба. Крепко обхватили бойцы друг друга; русский силач задавил печенега руками и ударил его мертвого оземь. Радостный крик вырвался у русских, а печенеги бежали. Русские гнались за ними, рубили их и далеко загнали их в степи. Рад был Владимир победе и тут же на месте борьбы, по преданию, заложил город и назвал его Переяславль.

Десятинная церковь – один из главных христианских храмов Киева

Три года спустя печенеги снова напали на Русскую землю. Владимир не успел собрать много ратной силы, вышел с небольшим отрядом. Враги одолели, князь едва спасся от плена. Через два года после этого степные хищники сделали новый набег.