Излом. Книга первая. Хорошие времена. Кавказцы

Как ты?

– Все хорошо, вот только Васенька осенью ногу сломал. Но срослось все, сейчас даже не хромает. И родители не хотят отдавать меня за Васю, говорят, что нужно подождать год-второй. Ладно, я им преподнесу сюрприз, быстро согласятся.

– Какой сюрприз?

– Никому пока не говори, Циала. Рассказываю только тебе. Как близкой подруге, – она склонилась к уху Циалы, – знаешь… знаешь… не знаю даже, как это сказать… я… я беременна. У нас с Васей будет ребенок.

Циала ахнула.

– Как же вы это? До свадьбы? Грех то какой!

– Почему грех, Циала? Мы любим друг друга, мы настолько сжились друг с другом, что… Какая разница, когда это случится? До свадьбы или после свадьбы.

У нас первый раз произошло все как-то само собой, мы сами ничего не поняли. Главное любить душой, а все эти свадьбы, загсы, это только условности. Над всем стоит Бог и только он вправе судить нас. Но раз он дал нам такую любовь, то судить он нас не будет.

– А Вася знает?

– Да, знает и очень сильно радуется. Сказал, что пошлет своих родителей, чтобы они поговорили с моими.

– Давайте делайте все быстрее. Ты же знаешь наших людей. Сколько сплетен будет за твоей и Васиной спиной. Кстати, вон и твой Вася. Вошел во двор.

Залина быстро побежала навстречу. Открылась дверь, Вася обнял Залину, поцеловал ее. Увидел Циалу.

– О, кого я вижу! – воскликнул он. Расцеловал и Циалу. – Давно приехала?

– Вчера.

– Дениса видела?

– Да, вчера.

– Ну, еще бы ты ждала до сегодня.

Он повернулся к Залине.

– Заличка, я сам решил поговорить с твоими родителями. Хочу рассказать всю правду. Я мужчина и должен отвечать за происшедшее.

– Ой! Стыдно мне будет! Очень стыдно! Я Циале уже сказала…

– Что ж, стыдно не стыдно, а прятаться и врать я не хочу. Выкручиваться тоже не буду.

Уже вечерело, когда пришли родители Залины. Вася подождал некоторое время и прошел в другую комнату к ним. О чем они говорили, Залина с Циалой не слышали. Вася вышел через минут двадцать с потным лицом, но довольный.

За ним вышла мама Залины, вся в слезах.

– Мама, прости меня, не плачь, пожалуйста.

– Глупая ты, я от счастья плачу, – сказала Венера, – береги его. Это ж надо, с детского сада он при ней, а она при нем.

Хромая на протезе, вошел отец Залины, Сослан.

– Вася, я всегда знал, что ты хороший человек. Но так, как ты поступил сегодня, даже я не смог поступить бы, хотя всю жизнь ставил честность и порядочность на первое место.